КЛУБ ИЩУЩИХ ИСТИНУ
 
ДОБАВИТЬ САЙТ | В избранное | Сделать стартовой | Контакты

 

НАШ КЛУБ

ВОЗМОЖНОСТИ

ЛУЧШИЕ ССЫЛКИ

ПАРТНЕРЫ


Реклама на сайте!

































































































































































































































  •  
    ПУТЬ СУФИЕВ

    Вернуться в раздел "Мистика и фэнтэзи"

    Путь суфиев
    Автор: Идрис Шах
    << | <     | 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 |     > | >>

    Место спонсора для этого раздела свободно.
    Прямая ссылка на этом месте и во всех текстах этого раздела.
    По всем вопросам обращаться сюда.


    овека, "который обходится без пищи и живет с прирученными животными".
    Когда Саид Баба не был занят изучением своих путевых записей и размышлениями о своей жизни, он наблюдал за котом, собакой и птицей, изучая их повадки. Они вели себя по-разному, соответственно своей природе. Хорошие качества он поощрял в них, дурные порицал и часто рассказывал им о великом ходже Ансари и трех советах.
    Время от времени его навещали святые странники, проходившие мимо. Многие из них пытались вступить с ним в беседу о духовном или сообщить ему о своих собственных индивидуальных путях. Но Саид Баба отказывался их слушать и всегда в таких случаях говорил:
    - Мне необходимо выполнять свое задание, которое дал мне учитель.
    Каково же было его изумление, когда однажды кот заговорил с ним на понятном ему языке.
    - Мастер, - сказал кот, - у тебя есть задание, и ты должен его выполнять. Но неужели тебя не удивляет, что время, которое ты называешь "концом", все не приходит?
    - В действительности я не удивляюсь этому, - сказал Саид Баба, - ведь я понимаю, что на выполнение этого задания может уйти добрая сотня лет.
    - Вот здесь ты и ошибаешься, - заговорила вдруг птица, - потому что не учишься тому, чему ты мог бы учиться у путников, проходящих по этой дороге. Ты еще не осознал, что, хотя эти люди внешне отличаются друг от друга, точно так же, как и мы, животные, кажемся тебе разными, все они приходят к тебе из одного источника учения: сам ходжа Ансари посылает их, чтобы проверить, развил ли ты в себе достаточную проницательность, чтобы последовать за ними.
    - Если это так, - сказал Саид Баба, - чему я нисколько не верю, объясните мне, как это может быть, чтобы обыкновенный кот и маленький воробей увидели то, чего не увидел я, обладатель чудесных даров?
    - Все очень просто, - ответили они хором, - ты настолько привык смотреть на вещи только с одной стороны, что твои недостатки очевидны даже самому обычному уму.
    Эти слова взволновали Саид Бабу.
    - Но тогда, - сказал он, - выходит, что я давным-давно уже мог бы найти дверь, о которой говорится в третьем совете, если бы соответствующим образом был настроен?
    - Конечно, - вступила в разговор собака. - Дверь уже много раз открывалась за эти годы, но ты не видел. А мы видели, но не могли тебе об этом сказать, потому что мы животные.
    - Почему же выговорите об этом теперь?
    - Теперь ты стал понимать нашу речь, потому что с некоторого времени стал более человечным. Теперь у тебя остался только один шанс, так как ты уже в преклонном возрасте.
    - Мне все это мерещится, - подумал Саид Баба. Затем стал рассуждать так: они не имеют права поучать меня, ибо я их хозяин, я их кормлю... Но другое его "я" промолвило: "Если они говорят неправду, это не имеет большого значения. Но если они правы, я рискую потерять все. Нельзя упускать спасительный шанс".
    И вот Саид Баба стал поджидать благоприятного случая. Прошло несколько месяцев. Однажды перед его домом разбил палатку какой-то странствующий дервиш. Он подружился с животными Саид Бабы, и Саид Баба решил поделиться с ним своими сомнениями.
    - Оставь меня, - грубо обовал его дервиш, - я не желаю выслушивать твою болтовню о мастере Ансари, каких-то облаках и исканиях; что мне до твоей ответственности за животных и даже до твоего волшебного кольца? Я знаю то, о чем тебе следовало бы говорить, а то, что ты сейчас говоришь, меня совершенно не интересует.
    Чувствуя глубокое отчания, Саид Баба вызвал духа кольца.
    - Я не могу сказать тебе того, чего не должен говорить, - ответил ему дух кольца, - но я знаю, что все твои страдания от недуга, который называется "постоянное скрытое предубеждение". Этой болезнью поражено твое мышление, и из-за нее ты не можешь продвинуться на пути.
    Саид снова подошел к дервишу, сидевшему перед входом своей палатки, и обратился к нему:
    - Скажи, что мне делать? Я чувствую себя ответственным за судьбу этих животных, но совсем запутался; кроме того, я больше не получаю никакого руководства от трех советов.
    - Вот сейчас ты говоришь искренне, и это начало. Доверь мне своих животных и я тебе отвечу.
    - Ты просишь слишком многого - я ведь тебя совсем не знаю. Как ты можешь мне такое предлагать? Правда, я испытываю к тебе уважение, но у меня есть и много сомнений.
    - Твои слова выдают тебя, - ответил дервиш. - Дело не в том, что ты заботишься о животных, а в том, что ты неверно воспринимаешь меня. Ни чувства, ни логика не помогут тебе правильно понять меня и воспользоваться моей помощью. В тебе все еще живет жадность; ты относишься к животным, как к своей собственности. А теперь ступай и знай, что мое имя Дарваза.
    "Дарваза" означает "дверь".
    И Саиду Баба задумался, не является ли дервиш той самой дверью, о которой говорил тогда шейх Ансари.
    - Возможно, ты дверь, которую я ищу, но я не уверен в этом.
    - Убирайся со своими сомнениями, - закричал дервиш. - И как ты не понимаешь, что первые два совета были даны для твоего ума, но последний совет может быть понят только тогда, когда ты воспримешь его внутренне?
    Почти два года промучился в сомнениях и страхах Саид Баба, и вот однажды внезапно он осознал истину. Тогда он позвал собаку, кота и птицу и сказал им:
    - Я отпускаю вас. Отныне вы принадлежите самим себе. Это конец.
    Сказав это, он постиг, что они - люди, и что животными они были только под действием чар. Рядом оказался дервиш Дарваза, в котором Саид Баба узнал самого ходжу Ансари. Мудрец без единого слова отворил дверь в дереве, что у ручья, и Сейфульмулюк вошел в чудесную пещеру, на стенах которой золотыми буквами были начертаны ответы на вопросы о жизни и смерти, о человечестве и человеколюбии, о знании и невежестве - обо всем, что волновало его всю жизнь.
    - Все эти годы тебя тянула назад привязанность к внешнему, - прозвучал голос Ансари. - И это одна из причин того, что ты пришел слишком поздно. Возьми же здесь ту часть мудрости, которая все еще открыта для тебя.


    Эта история иллюстрирует, помимо всего прочего, любимую суфиями идею о том, что истина "пытается проявить себя" в человеческом обществе, но она для каждого человека появляется снова и снова в таких одеждах, в которых ее труднее всего опознать, причем эти ее проявления, на первый взгляд, кажутся не имеющими друг к другу никакого отношения.
    Только развитие "особого восприятия" дает человеку возможность проникнуть в этот невидимый процесс.

    КОРОЛЬ И БЕДНЫЙ МАЛЬЧИК
    Человек не может самостоятельно пройти путь внутреннего развития. В это путешествие не следует отправляться одному, необходим руководитель. Руководителя в нашей притче мы называем королем, а искателя - бедным мальчиком.
    Рассказывают, что однажды король Махмуд обогнал свою свиту. Мчась на коне во весь опор вдоль реки, он вдруг увидел у самой воды маленького мальчика, ловившего неводом рыбу. Ребенок казался очень несчастным.
    Король резко осадил коня и, подъехав к мальчику, спросил его:
    - Дитя мое, почему у тебя такой печальный вид? Я никогда не встречал человека более печального, чем ты.
    Мальчик ответил:
    - Ваше величество, нас семеро братьев. Наш отец умер, и мы живем с матерью в крайней нужде. Чтобы как-то прокормиться, я прихожу каждый день к реке и закидываю сеть. Если за день мне не удается поймать ни одной рыбы, на ночь я остаюсь голодным.
    - Сын мой, - сказал король, - если ты не возражаешь, я помогу тебе.
    Мальчик согласился, и король Махмуд сам закинул сеть, которая от прикосновения королевской руки вернулась с богатым уловом.


    Дилетанты обычно думают, что метафизические системы либо отрицают ценность вещей "этого мира", либо, наоборот, обещают материальное изобилие.
    В суфизме, однако, приобретение "ценностей" не всегда имеет только фигуральный или только буквальный смысл. Эта притча великого Фарид ад-дина Аттара, взятая из его произведения "Парламент птиц", толкуется и буквально, и символически. По утверждению дервишей человек, находящийся на суфийском пути, может приобрести какие-то материальные вещи, если это полезно пути так же, как ему самому. В равной степени он приобретает трансцендентальные "ценности" - в соответствии со своей способностью использовать их правильным образом.

    ТРИ УЧИТЕЛЯ И ПОГОНЩИКИ МУЛОВ
    Абд аль-Кадир пользовался такой необыкновенной известностью, что мистики всех вероисповеданий стекались к нему толпами. В его приемном зале, всегда переполненном людьми, неизменно соблюдался высший этикет и царило почтительное уважение к традиционным обычаям. Благочестивые посетители придерживались в своих отношениях строгой иерархии: ранг каждого определялся его личными достоинствами, возрастом, репутацией его наставника и тем положением, которое он занимал в своей общине.
    Кроме того, они немало соперничали друг с другом в том, чтобы как можно больше обратить на себя внимание султана учителей, Абд аль-Кадира. Манеры его были безупречны. Невежественные или невоспитанные люди на эти встречи не допускались.
    Но вот однажды три шейха, первый из Хорасана, второй из Ирака и третий из Египта, прибыли в Даргах со своими проводниками, неотесанными погонщиками мулов. Шейхи возвращались после хаджа (паломничества в Мекку) . В пути они были до последней степени измучены грубостью и несносными проделками своих проводников; одна мысль о том, что скоро они избавятся от этих мужланов, радовала их не меньше, чем предвкушение предстоящего лицезрения великого учителя.
    Когда шейхи подошли к дому Абд аль-Кадира, он, против своего обыкновения, вышел к ним навстречу.
    Ни единым жестом приветствия он не обменялся с погонщиками мулов, но с наступлением ночи, когда шейхи в темноте пробирались в отведенные для них покои, они вдруг совершенно случайно стали свидетелями того, как Абд аль-Кадир пожелал спокойной ночи их проводникам, а когда те почтительно прощались с ним, даже поцеловал им руки. Шейхи были изумлены и поняли, что эти трое, в отличие от них самих, - скрытые шейхи дервишей. Они последовали за погонщиками и попытались было завязать с ними беседу, но глава погонщиков грубо осадил их:
    - Идите прочь с вашими молитвами, бормотаниями, вашим суфизмом и поисками истины. Тридцать шесть дней мы выносили вашу болтовню, а теперь оставьте нас в покое. Мы простые погонщики и ко всему этому не имеем никакого отношения.
    Такова разница между скрытыми суфиями и теми, которые только подражают им.


    "Еврейская энциклопедия" и такие авторитеты по хасидизму, как Мартин Бубер, отмечали сходство школы Хасидизма с испанскими суфиями, имея в виду хронологию и близость учений.
    Это сказание, в котором фигурирует суфий Абд аль-Кадир из Гелана (1077-1166) , входит также в жизнеописание хасида рабби Элимелеха, который умер в 1309 году.
    Абд аль-Кадир, прозванный "королем" (и точно такой же титул носил Элимеле) , был основателем ордена Кадирийа.

    БАЙАЗИД И ТЩЕСЛАВНЫЙ ЧЕЛОВЕК
    Однажды некий человек с упреком сказал Байазиду, великому мистику IX столетия, что он постился, молился и т.п. в течение 30 лет, но так и не нашел в этом утешения, которое обещает Байазид. Байазид ответил ему, что и за 300 лет он ничего не достигнет.
    - Почему? - спросил искатель просветления.
    - Потому что этому препятствует твое тщеславие, - сказал мудрец.
    - Но как мне от него избавиться?
    - Есть одно средство, но оно тебе не подойдет.
    - И все же назови его.
    Байазид сказал:
    - Ты должен пойти к цирюльнику и сбрить свою почтенную бороду, затем снять верхнюю одежду, опоясаться кушаком и одеть на шею торбу с грецкими орехами. Когда ты все это сделаешь, ступай на базарную площадь и кричи во весь голос: "Даю орех тому сорванцу, который ударит меня по шее". Потом пройдись перед зданием суда, чтобы старшины города увидели тебя в таком виде.
    - Но я же не могу этого сделать, - взмолился человек, - прошу тебя, расскажи мне о каком-нибудь другом средстве.
    - Это первый и единственно возможный шаг к цели, - сказал Байазид. - Но ведь я предупреждал, что это средство тебе не понравится, поэтому ты неизлечим.


    Аль-Газали в своей работе "Алхимия счастья" с помощью этой притчи подчеркивает часто повторяемый аргумент, что некоторые люди, какими бы искренними искателями истины они ни казались самим себе или даже окружающим, побуждаются в своих поступках тщеславием и корыстью, тем самым создавая непреодолимые трудности для своего обучения.

    ЛЮДИ ДОСТИЖЕНИЯ
    Имам аль-Газали рассказал предание из жизни Исы ибн Марийам.
    Однажды Иса увидел людей, понуро сидящих у обочины дороги.
    Он спросил их:
    - Почему вы печалитесь?
    Они ответили ему:
    - Нас печалит страх перед адом.
    Иса отправился дальше и, пройдя немного, увидел других людей, в безутешной печали сидящих у дороги в различных позах.
    - Что вас так тяготит? - спросил он их.
    - Желание рая повергло нас в это состояние, - ответили люди.
    Оставив их, Иса продолжал свой путь, пока не повстречал третью группу людей. По ним было видно, что они много выстрадали, но лица их сияли радостью.
    Иса обратился к ним:
    - Что привело вас в радость?
    Люди ответили:
    - Дух истины. Мы видели реальность, и это заставило нас забыть второстепенные цели.
    - Вот истинно люди достижения, - сказал Иса. - В день воскресения они предстанут перед лицом Бога.


    Те, кто верят, что духовный прогресс основывается на культивировании в людях желания награды или страха наказания, часто бывают удивлены, услышав это суфийское предание об Иисусе.
    Суфии говорят, что только определенным людям полезно сосредоточиваться на идее приобретения или потери, и это, в свою очередь, может составить лишь какую-то часть их практики. Изучавшие методы и результаты обучения людей путем тренировки и внушения будут близки к тому, чтобы согласиться с суфиями.
    Религиозные формалисты самых разных вероисповеданий не примут, конечно, утверждения, что простые альтернативы добра и зла, напряженности и расслабленности, награды и наказания представляют собой только часть великой системы самореализации.

    СТРАНСТВУЮЩИЙ, НЕОБЫЧНЫЙ И ТОРОПЛИВЫЙ
    Встретились три дервиша на пустынной дороге. Первого звали Странствующий, потому что он, почитая старые обычаи, выбирал самые длинные маршруты для путешествий. Второго звали Необычный, потому что ничто не казалось ему необычным, хотя то, что он делал, или даже то, что привлекало его внимание, казалось весьма необычным другим людям. Имя третьего было Торопливый, потому что этот дервиш, думая, что может сберечь свое время, всегда и во всем стремился найти наиболее короткие пути к своей цели, хотя на деле эти пути часто оказывались самыми длинными.
    Некоторое время дервиши путешествовали вместе, но вскоре расстались. Первым покинул их Странствующий: он заметил на перекрестке дороги указательный знак, о котором слышал когда-то, и стал убеждать своих спутников свернуть, куда указывала стрелка. Они не согласились, и он пошел один. Дорога привела его к разрушенному городу, единственными обитателями которого были свирепые львы. Цивилизация, некогда процветавшая здесь, о которой дервиш читал, погибла сотни лет назад. Как только он вступил в город, голодные звери набросились на него и растерзали.
    Спустя день или два Торопливый решил отыскать путь покороче и расстался с Необычным. Пойдя напрямик, он увяз в зыбучих песках. Правда, дервиш не погиб, но выбираться оттуда ему пришлось несколько месяцев.
    Между тем Необычный, продолжая путь в одиночестве, вскоре повстречал человека, который сказал ему: "Дервиш, не ходи дальше. Впереди находится карван-сарай, и в нем по ночам собираются дикие звери из джунглей".
    - А где эти звери днем? - спросил Необычный.
    - По-моему, днем они на охоте, - ответил человек.
    - Вот и хорошо, - сказал Необычный, - в это время я и отдохну там.
    В полдень он подошел к караван-сараю и увидел, что вся земля вокруг истоптана животными. До вечера было еще много времени, и Необычный решил пока выспаться. Проснувшись с наступлением сумерек, он спрятался в укромном месте и стал дожидаться прихода зверей: ему хотелось узнать, для чего они собираются здесь.
    Вскоре в большой зал вошло множество зверей, во главе которых выступал лев, их царь. Звери по очереди приветствовали льва и сообщали ему о том, что было известно только им и никому из людей. Один из них доложил льву, что неподалеку от этого места есть пещера, где спрятаны драгоценности - сокровищница Караташа, легендарного Черного Камня. Другой зверь рассказал, что прямо здесь, в караван-сарае, под полом хранится клад из золотых монет, который стережет крыса. Она не может ни потратить их, ни расстаться с ними, и каждое утро выносит их на поверхность. Третья история была о некоей безумной принцессе, и эта история, самая странная из всего, что там было рассказано, удивила даже Необычного. Дело было в том, что в соседней долине жила собака, которая стерегла стадо овец. С помощью шерсти, растущей у нее за ушами, можно было излечить принцессу от безумия; это было единственное средство в мире, которое могло ее спасти. Но так как ни один человек не знал ни этого средства, ни самой принцессы, которая должна была вскоре заболеть (как узнал дервиш) , не было никакой надежды, что принцессу кто-нибудь вылечит.
    Перед рассветом звери разошлись, а дервиш стал ждать появления крысы. Утром на середину зала в самом деле выбежала крыса, неся в зубах золотую монету. Она оставила ее на полу и побежала за следующей. Когда крыса таким образом вынесла все монеты и принялась их пересчитывать, Необычный вышел из своего укрытия и забрал деньги. Затем он направился к пещере Караташа и нашел спрятанные сокровища. После этого дервиш отыскал собаку и, вырвав у нее из-за ушей клок шерсти, снова отправился в путь.
    Следуя тайным знакам, известным только ему, он, наконец, достиг весьма странного и неизветного королевства. Войдя в столицу, дервиш Необычный увидел снующих по улицам людей, печальных и озабоченных, и, обратившись к какому-то прохожему, поинтересовался, какая беда постигла их город. Человек рассказал, что дочь их короля только что заболела какой-то странной болезнью, и никто не знает, как ее вылечить. Необычный поблагодарил его и тут же направился к королевскому дворцу.
    - Если ты вылечишь мою дочь, - сказал король, - я отдам тебе полкоролевства, а после моей смерти ты воцаришься над всем королевством. Но если ты меня обманешь, я прикажу сбросить тебя с самого высокого минарета.
    Дервиш согласился с этим условием, и его провели к принцессе. Только он поднес к ее лицу собачью шерсть, как она в тот же миг выздоровела.
    Вот так Необычный стал наследным принцем. Многие достойные люди приходили к нему и обучались его пути.
    Однажды, переодевшись в рубище, по своему обыкновению, Необычный вышел из дворца побродить, как вдруг наткнулся на дервиша Торопливого. Торопливый поначалу даже не узнал своего друга, потому что без умолку болтал; тогда Необычный просто привел его к себе во дворец и стал терпеливо дожидаться, когда тот сам его о чем-нибудь спросит.
    Наконец Торопливый спросил: "Как это все произошло? Расскажи по порядку, но только быстро".
    Необычный стал рассказывать свою историю и, наблюдая за Торопливым, увидел, что тот пропускает мимо ушей многие детали. Он по-прежнему был нетерпелив. Даже не дослушав до конца, Торопливый вскочил с места и заявил: "Мне необходимо побывать там и послушать, о чем говорят звери, я хочу последовать твоему пути".
    - Не советую тебе торопиться, - сказал Необычный, пытаясь его образумить, - узнай прежде, в своих собственных интересах, значение времени и таинственных указаний.
    - Ерунда, - ответил Торопливый и, одолжив у своего товарища сто золотых, отправился в путь.
    Когда он добрался до караван-сарая, была уже ночь. Не желая дожидаться утра, Торопливый прошел прямо в главный зал и тут же был растерзан львом и тигром.
    А что касается дервиша Необычного, то он наслаждался счастливой жизнью до конца своих дней.


    В примечании к этой истории, найденной в дервишском манускрипте Кетаб-иб-Аму-Дарья ("Книга реки Оксус") , говорится, что она принадлежит к собранию обучающих историй Увайс аль-Карани, основателя дервишского братства Увайсийа ("Затворники") .
    Смысл рассказа состоит в том, что нетерпеливость мешает человеку увидеть сущностные особенности ситуации.

    ТИМУР-АГА И ЯЗЫК ЖИВОТНЫХ
    Жил когда-то турок по имени Тимур-ага, который искал в больших и малых городах, деревнях и селеньях того, кто мог бы обучить его языку животных и птиц. Всюду он расспрашивал о таких людях, ибо знал, что великий Наджм ад-дин Кубра понимал язык животных, и Тимур надеялся встретить одного из его последователей, унаследовавшего от учителя это великое знание, знание Соломона.
    Будучи человеком мужественным и великодушным - а он развивал в себе такие качества - Тимур-ага однажды в горах спас жизнь одному старому немощному дервишу, запутавшемуся в тенетах канатного моста.
    - Сын мой, - сказал старик, когда Тимур его вытащил, - меня зовут дервиш Баха ад-дин. Я прочел твои мысли, и отныне ты будешь понимать язык животных.
    Тимур пообещал дервишу никому не выдавать это тайное знание и поспешил домой, к своему хозяйству.
    Вскоре ему представился случай применить свои чудесные способности. Вол и ослица разговаривали друг с другом.
    - Я от зари до зари тяну плуг, - сказал вол, - а ты только и знаешь, что ходишь на базар. Ты, наверное, умнее меня, так скажи мне, как избавиться от работы.
    - Единственное, что ты можешь сделать, - ответила хитрая ослица, - это лечь на пол и притвориться больным. Ты дорогое и полезное животное, так что хозяин начнет о тебе заботиться, даст тебе лучшую пищу и позволит несколько дней отдохнуть.
    Тимур, разумеется, все понял, и когда вол лег на землю, он громко сказал: "Если через полчаса этому волу не станет лучше, я отдам его сегодня же вечером мяснику". Услышав его грозное обещание, вол тут же выздоровел.
    Тимур расхохотался, и его жена, весьма любопытная и вечно надутая особа, стала приставать к мужу, чтобы он сказал ей, почему он смеется. Но Ага, помня свое обещание, ничего ей не сказал.
    На следующий день супруги отправились на базар. Впереди шел Тимур, за ним на ослице ехала жена, а сбоку бежал маленький ослик. Вдруг Тимур услышал, как ослик сказал по-ослиному матери:
    - Мама, я не могу идти дальше, можно, я заберусь к тебе на спину?
    Мать ответила ему:
    - Я везу жену нашего хозяина; и потом не забывай, что мы всего лишь животные, таков наш жребий, так что я ничем не могу помочь тебе, дитя мое.
    Тимур тут же велел жене слезть с ослицы, чтобы животные могли отдохнуть, и они остановились под деревом на привал. Жена его была очень недовольна, что они задерживаются, и стала ругать Агу, он же только сказал: "Мне кажется, подошло время для отдыха".
    А ослица подумала:
    - Этот человек понимает наш язык. Он, должно быть, слышал мой разговор с волом и вот почему он пригрозил отдать его мяснику. Но мне он ничего плохого не сделал, и не только не наказал за совет, который я дала волу, но даже сделал мне сейчас доброе дело. И подумав так, ослица сказала:
    - Спасибо, хозяин.
    Тимур ее понял и захохотал от удовольствия, а его жена еще больше нахмурилась и заворчала:
    - Ты, наверное, знаешь, о чем говорят животные, но скрываешь от меня.
    - Да кто же может понять, о чем говорят животные, - ответил Тимур, - в своем ли ты уме?
    Когда они возвратились с базара, Тимур вошел в стойло и положил волу свежего сена, которое привез с базара.
    - Твоя жена изводит тебя расспросами, ибо ее мучает любопытство, - обратился к нему вол на своем языке. - Ты можешь не выдержать и раскроешь ей свою тайну, и тогда, понимаешь ли ты, какая опасность тебе грозит, о бедный человек?! Послушайся моего совета, пригрози избить ее палкой в палец толщиной, если она от тебя не отстанет. Только так ты сможешь отучить ее от любопытства и сохранить свою тайну.
    - Как странно, - подумал Тимур, - что этот вол, которому я угрожал мясником, думает о моем благополучии.
    И, взяв палку, он направился к жене.
    - Видишь эту палку? - сказал он, входя в дом, - так вот, знай, что я изобью тебя палкой, если ты и впредь будешь приставать ко мне с расспросами, почему я так много смеюсь.
    Женщина была так напугана этой угрозой - ведь ничего подобного он раньше ей не говорил, - что навсегда отстала от него. Вот так Тимур-ага избежал ужасной судьбы тех, кто выдает тайны людям, не готовым к восприятию.


    Тимур-ага известен из фольклора своей способностью воспринимать важное в вещах, казалось бы, незначительных.
    Широкая популярность этой истории на Балканах и Ближнем Востоке объясняется тем, что она, как говорят, несет в себе бараку - благословение - которую получает как рассказчик, так и слушатель. Многие суфийские истории внешне напоминают волшебные сказки.

    ИНДИЙСКАЯ ПТИЧКА
    У одного купца в клетке жила птичка. Вот однажды он собрался по своим делам в Индию, на родину этой птички, и спросил ее, что ей оттуда привезти. Птичка попросила отпустить ее на свободу, но купец отказался. Тогда она попросила его, когда он прибудет в Индию, пойти в джунгли и рассказать вольным птицам о ее плене.
    Купец выполнил ее просьбу. Но только он рассказал о своей пленнице какой-то дикой птице, как две капли воды похожей на его птичку, как она замертво упала на землю. Купец решил, что она родственница его любимицы, и весьма огорчился, считая себя виновником ее смерти.
    Когда он возвратился домой, его птичка спросила, какие новости он ей привез.
    - Боюсь, что мои новости опечалят тебя, - ответил купец. - Случайно я обратился к одной из твоих родственниц, и когда рассказал ей твою историю, ее сердце разорвалось от горя и она в тот же миг умерла.
    Не успел купец произнести это, как его птичка упала бездыханной на дно клетки и затихла.
    - Известие о смерти родственницы убило ее, - подумал купец.
    Опечаленный, он достал птичку из клетки и положил ее на подоконник. Птичка тут же ожила и вылетела в открытое окно.
    Она уселась на ветку дерева перед окном и закричала купцу:
    - Теперь ты понял, что печальные новости, как ты их назвал, были для меня доброй вестью? Мне было передано послание - совет, как поступить, чтобы выбраться на волю; это послание мне было передано через тебя, мой мучитель.
    И птичка улетела, наконец-то, свободная.


    Эта притча, приводимая Руми, подобно многим другим притчам, подчеркивает для суфийского искателя огромную важность косвенного обучения в суфизме.
    Имитаторы и системы, носящие названия, соответствующие традиционному мышлению, как на Востоке, так и на Западе, предпочитают обычно придавать особое значение "системе" и "программе" - скорее, нежели всему опыту суфийской школы в целом.

    КОГДА СМЕРТЬ ПРИШЛА В БАГДАД
    Ученик одного багдадского суфия, находясь в караван-сарае, случайно услыхал беседу двух незнакомцев, из которой понял, что один из Ангел Смерти.
    - В течение следующих трех недель я собираюсь посетить трех людей в этом городе, - сказал Ангел своему собеседнику.
    Ученик был так напуган, что, стараясь оставаться незамеченным, даже затаил дыхание и просидел в своем углу, не шелохнувшись, пока Ангел и его спутник не ушли. Затем он стал усиленно размышлять, как избежать возможной встречи со смертью, и пришел, наконец, к выводу, что, если он покинет Багдад, Ангел не сможет его забрать. Ни секунды не медля, ученик одолжил самого быстрого коня, которого только смог найти, и вихрем помчался по направлению к Самарканду, не останавливаясь ни днем, ни ночью.
    Между тем Ангел Смерти встретился с суфийским учителем и они разговорились о разных людях.
    - А где ваш ученик такой-то? - спросил Ангел.
    - Он должен быть где-то рядом, возможно, в караван-сарае, проводит время в созерцании, - ответил суфий.
    - Странно, весьма странно, - сказал Ангел, - потому что он тоже в моем списке. И здесь написано, что я смогу его взять в течение четырех недель в Самарканде и нигде больше.


    Рассказ о смерти в этой обработке взят из Хихайат-и-Никшия ("Сказания, единые по смыслу") .
    Это сказание вошло в фольклор Среднего Востока и поныне пользуется всеобщей любовью. Его автор - великий суфий Фудайл ибн-Айад, который первую половину своей жизни был разбойником. Он умер в начале IX века.
    Согласно суфийскому преданию, подтвержденному историческими материалами, Гарун аль-Рашид, халиф Багдада, старался собрать при своем дворе "все знания". Различные суфии жили под его покровительством, но ни одного из них всемогущий монарх не мог заставить служить себе. Суфийские истории повествуют, как Гарун и его визирь посетили Мекку специально для того, чтобы увидеть Фудайла, который сказал при встрече:
    - Повелитель правоверных! Я боюсь, что твое миловидное лицо может оказаться в аду.
    Гарун спросил мудреца:
    - Знаешь ли ты человека, достигшего большего отречения, чем ты?
    Фудайл ответил:
    - Твое отречение больше моего. Я могу отречься от обычного мира, а ты отрекаешься от чего-то более великого - от вечных ценностей.
    Фудайл объяснил халифу, что власть над самим собой лучше тысячелетней власти над другими.

    ЯЗЫКОВЕД И ДЕРВИШ
    Как-то темной ночью один дервиш, идя по дороге, услыхал крик о помощи, доносившийся со дна заброшенного сухого колодца.
    - Эй, что случилось? - закричал дервиш, заглянув в колодец.
    - Видите ли, я языковед, - ответил голос. - Не найдя в темноте дороги, я, к несчастью, провалился в эту глубокую яму и теперь никак не могу отсюда выбраться.
    - Держись, друг, дай мне только раздобыть лестницу и веревку, - ответил дервиш.
    - Постойте минуточку, - закричал языковед, - вы неграмотно выражаетесь, к тому же ваше произношение никуда не годится.
    - Ну, что ж, если для вас слова важнее их смысла, вам лучше будет побыть там, где вы сейчас находитесь, пока я не выучусь правильно говорить, - ответил дервиш и пошел своей дорогой.


    Эту историю рассказал Джалал ад-дин Руми, и она записана в книге Афлаки "Деяния адептов". Эта книга, опубликованная в Англии в 1965 г. под названием "Легенды суфиев", сообщает о дервишах ордена Мевлевийа и их предполагаемых учениках. Она записана в XIV столетии.
    Некоторые истории из сборника Афлаки представляют собой просто волшебные сказки; другие описывают действительные события, но есть там и весьма необычные истории, называемые суфиями "иллюстративными историями" - в них описываются серии эпизодов, чье значение связано с психологическими процессами.
    Такие истории получили название "творчества дервишских ученых".

    ДЕРВИШ И ПРИНЦЕССА
    Королевская дочь красотой своей была подобна луне и очаровывала всех, кто удостаивался хоть раз взглянуть на нее.
    Однажды какой-то дервиш, собираясь подкрепиться, поднес было ко рту кусок хлеба, как вдруг увидел ее и застыл в изумлении. Пальцы его сами собой разжались, и хлеб упал на землю.
    Проходя мимо, принцесса улыбнулась дервишу. Восторг поверг его тело в трепет, хлеб остался лежать в пыли, а сам он едва не лишился чувств. В этом экстатическом состоянии дервиш пробыл семь лет. Домом его стала улица, соседями - бродячие собаки.
    Безумный дервиш надоел принцессе, и ее телохранители решили его убить.
    Тогда она вызвала его к себе и сказала ему:
    - Никакой союз между нами невозможен. Ты должен немедленно уйти из города, потому что мои слуги хотят тебя убить.
    Несчастный влюбленный ответил ей так:
    - С тех пор, как я увидел тебя, жизнь не имеет для меня никакой цены. Они прольют невинную кровь. Но прежде, чем я умру, заклинаю тебя, исполни мое единственное желание, ибо ты - причина моей гибели. Скажи, почему ты тогда улыбнулась мне?
    - Глупец! - сказала принцесса. - Когда я увидела, каким посмешищем ты себя выставил, я улыбнулась из жалости - и только.
    И, сказав так, принцесса скрылась.


    В своем произведении "Парламент птиц" Аттар говорит о неправильном толковании человеком субъективных эмоций, которые питают его веру в то, что переживаемый им определенный опыт ("улыбка принцессы") является особым даром ему ("обожание") , с помощью которого они могут что-то приобрести, тогда как на самом деле этот опыт может быть чем-то совершенно иным ("жалость") .
    Так как подобный вид литературы использует собственные приемы, многие составили себе неверное представление о суфийской классике, полагая, что она не имеет никакого отношения к описанию психологических состояний.

    УВЕЛИЧЕНИЕ НЕОБХОДИМОСТИ
    Самовластный правитель Туркестана однажды вечером, слушая рассказы дервиша, спросил его о Хызре.
    - Хызр, - сказал дервиш, - приходит тогда, когда в нем нуждаются. Человек, который схватит его за полы халата, когда он появится, станет совершенным мудрецом.
    - Это может произойти с каждым? - спросил король.
    - Да, с каждым, кто достоин, - ответил дервиш.
    - Кто "достойнее" меня? - подумал король и тут же велел издать указ: "Того, кто приведет ко мне невидимого Хызра, великого покровителя людей, я озолочу".
    Крики глашатаев услыхал бедный старик Бахтияр Баба. Он пришел к своей жене и сказал: "У меня есть план. Скоро мы разбогатеем, но потом мне придется умереть. Я этого не боюсь, зато ты проживешь до конца своих дней в достатке".
    И вот Бахтияр Баба предстал перед королем и заявил, что в течение 40 дней он сможет найти Хызра, если король выдаст ему тысячу золотых.
    - Если ты в самом деле приведешь Хызра, - сказал король, - получишь еще 10 тысяч. Но если не приведешь, умрешь позорной смертью в назидание тем, кто полагает, что можно шутить с королями.
    Бахтияр остался доволен этим условием и ушел, получив тысячу золотых. Вернувшись домой, он отдал деньги жене, чтобы она могла безбедно прожить остаток своих дней.
    Все сорок дней он провел в размышлениях, готовясь к переходу в другой мир.
    На сороковой день он снова пришел к королю.
    - Мой повелитель, - сказал он, - по своей жадности ты решил, что с помощью денег сможешь вызвать Хызра. Но Хызр, как известно, не появляется в ответ на призыв, обусловленный жадностью.
    От этих слов монарх пришел в бешенство.
    - Негодяй, - взревел он, - ты поплатишься жизнью за свою дерзость. Кто ты такой, чтобы смеяться над желаниями короля?!
    Бахтияр как ни в чем не было продолжал:
    - В легенде говорится, что с Хызром может встретиться любой человек, но то, какую пользу он извлечет из этой встречи, зависит от того, насколько чисты его намерения. Хызр, говорят, может посетить человека, если он достоин его посещения, и будет присутствовать столько времени, сколько достоин его присутствия человек. Таковы условия, и не в нашей власти что-либо изменить.
    - Довольно разглагольствовать, - закричал король. - Этим ты не спасешь свою жизнь. Остается только, чтобы мои министры выбрали тебе казнь.
    С этими словами правитель повернулся к своим министрам и спросил:
    - Какую смерть заслуживает этот человек?
    Первый министр ответил: "Его надо сжечь живьем в предостережение другим".
    Второй министр, получив слово, сказал: "Лучше всего разрубить его на части".
    Третий министр высказался так: "Я думаю, его нужно отпустить и обеспечить всем необходимым для жизни, потому что только нужда, которую испытывала его семья, толкнула его на преступление".
    Лишь только министр окончил свою речь, в тронный зал вошел древний старец и прямо с порога заговорил:
    - Каждый из этих людей высказался так, как ему подсказывало его скрытое пристрастие.
    - Что это значит? - спросил удивленный король.
    - Это значит, что первый министр был в прошлом пекарем. Поэтому он предложил зажарить Бахтияра. Второй министр был когда-то неплохим мясником, вот почему он посоветовал четвертовать Бахтияра. Третий же министр изучал искусство управления государством и сумел разобраться в причинах этого происшествия.
    - Теперь примите к сведению следующее: во-первых, Хызр появляется и помогает тому, кто способен извлечь пользу из его посещения. Во-вторых, этот человек по имени Бахтияр, которого я называю Баба в знак его жертвы, вынужден был поступить так, как поступил, - потому что находился в сильнейшем отчаянии. Он увеличил свою необходимость во мне, и я к нему пришел. - Сказав так, древний старец исчез на глазах изумленных присутствующих.
    Стремясь выполнить указание Хызра, король назначил Бахрияру постоянную пенсию. Первого и второго министров изгнали из дворца, и тысяча золотых была возвращена в казну благодарным Бахтияром и его женой.
    Король же стал достоин снова повстречаться с Хызром, но о том, что произошло при этой встрече, рассказывается в другой истории - "О невидимом мире".


    Бахтияр Баба, как сообщают, был суфийским мудрецом, который жил в Хорасане скромной и ничем не примечательной жизнью, пока с ним не произошли вышеописанные события.
    Эта история, которая входит также в жития многих других шейхов, иллюстрирует концепцию того, как человеческое стремление переплетается с высшими уровнями бытия. Хызр представляет собой звено, связующее эти две сферы.
    Заглавие рассказа выбрано по ассоциации со строкой из знаменитой поэмы Джалал ад-дина Руми:
    "Новые органы восприятия пробуждаются тогда, когда в них есть необходимость.
    Поэтому, о человек, увеличь свою необходимость, чтобы увеличилась твоя восприимчивость".
    В приведенном здесь варианте история была рассказана дервишским мастером из Афганистана.

    ЧЕЛОВЕК, КОТОРЫЙ ВИДЕЛ ТОЛЬКО ОЧЕВИДНОЕ
    Один искатель истины после многих испытаний повстречал, наконец, просветленного человека, наделенного способностью видеть тайное значение вещей.
    - Позволь мне последовать за тобой, - обратился к нему искатель. Может быть, наблюдая за твоими действиями, я перейму твое знание.
    Мудрец ответил:
    - Это слишком сложно для тебя: у тебя не хватит терпения сохранить непрерывную связь с планом событий. Вместо того, чтобы учиться, ты, как обычно, будешь воспринимать лишь самое очевидное.
    Но искатель стоял на своем. Он обещал, что постарается развить в себе терпение и, отбросив свои предвзятые мнения, будет учиться у событий.
    В таком случае у меня есть одно условие, - сказал мудрец, - ты не должен меня спрашивать ни об одном моем действии, пока я сам не объясню тебе его смысл.
    Искатель с радостью принял это условие, и они отправились в путь. Подойдя к широкой реке, путники наняли лодку для переправы. Когда они почти достигли другого берега, искатель заметил, как мудрец незаметно продырявил лодку, и вода стала потихоньку наполнять ее. Казалось, он отплатил перевозчику за услугу таким коварством. Не удержавшись, юноша воскликнул:
    - Но ведь лодка потонет, и вместе с ней люди. Разве такие поступки достойны доброго человека?!
    - Я предупредил тебя, что ты не сможешь удержаться от скороспелых выводов, не так ли? - тихо сказал мудрый человек.
    - Простите, я забыл о нашем условии, - ответил искатель и пообещал ни о чем больше не спрашивать, хотя в душе был глубоко смущен.
    Продолжая путешествие, мудрец с искателем вошли в столицу какого-то королевства. Им оказали радушный прием и проводили к королю, который тут же пригласил их с собой на охоту.
    И вот охотничий поезд тронулся в путь. Маленький сын короля скакал на своем коне впереди мудреца. Как только король и его свита устремились в погоню за зверем, мудрец, обернувшись к искателю, крикнул ему: "Скачи за мной во весь опор! " С этими словами он сбросил принца с коня, вывихнул ему ногу и оттащил в чащу, затем снова вскочил в седло и помчался прочь из королевства.
    Эта сцена повергла искателя в крайнее изумление, особенно его мучило то, что он стал невольным соучастником ужасного злодеяния. В отчаянии, заламывая руки, он воскликнул: "Король встретил нас, как друзей, доверил нам своего сына и наследника, а мы поступили так бесчеловечно.
    Как назвать такой поступок?! Его не совершил бы даже самый низкий из людей".
    Мудрец обернулся к искателю и сказал: "Друг, я поступил так, как должен был поступить. Ты наблюдатель. Очень немногие достигают привилегии наблюдать. Но несмотря на то, что ты достиг этого, ты не извлечешь, как мне кажется, никакой пользы из своих наблюдений, потому что судишь о событиях в соответствии со своими установившимися взглядами. Я снова напоминаю тебе о твоем обещании".
    - Я понимаю, что не был бы здесь, если бы не мое обещание, - ответил искатель. - И я также понимаю, что связан этим обещанием. Поэтому прошу вас, дайте мне еще одну возможность. Я буду учиться и работать, твердо придерживаясь своего обязательства избавиться от привычных действий. Прогоните меня, если я спрошу вас еще о чем-нибудь.
    И вот мудрец и искатель снова оказались в пути. Вскоре они прибыли в большой и процветающий город. Испытывая сильный голод, они стали просить у жителей хлеба и воды, но никто не давал им даже кусочка хлеба. Милосердие и священное гостеприимство были незнакомы обитателям этого города, они даже натравили на мудреца и искателя злых собак, от которых им пришлось спасаться бегством.
    Когда бедные путники, обессилевшие от голода и жажды, выбрались, наконец, на окраину, мудрец сказал своему спутнику: "Остановимся здесь ненадолго, мы должны починить эту разрушенную стену".
    Они усердно трудились несколько часов подряд, изготовляя из глины, соломы и воды кирпичи и восстанавливая стену. К концу работы искатель был так измучен, что, потеряв над собой контроль, выпалил: "Нам никто не заплатит за это. Два раза мы воздавали злом за добро, а теперь добром отплатили за зло. Я устал и не могу идти дальше".
    - Успокойся, - сказал мудрый человек, - и вспомни наш последний уговор: если ты меня еще о чем-нибудь спросишь, мы тут же расстанемся. Здесь наши пути расходятся, у меня впереди еще много дел.
    Но прежде я объясню тебе смысл моих поступков, чтобы когда-нибудь ты снова смог предпринять подобное путешествие.
    Лодку я повредил для того, чтобы ее не отобрал у владельца тиран, который как раз в это время захватывал лодки для войны. Мальчик, которому я вывихнул ногу, когда вырастет, не сможет ни захватить власть в королевстве, ни унаследовать ее, ибо по закону этой страны управлять народом может только физически здоровый человек. Что касается негостеприимного города, то в нем живут два мальчика-сироты. К тому времени, когда они вырастут, стена будет вновь разрушена, и под ней мальчики найдут клад, оставленный им в наследство. Они будут достаточно сильны, чтобы завладеть сокровищами и улучшить характер людей их города, - это их предназначение.
    А теперь иди с миром, ты свободен.


    Это сказание рассказывается и пересказывается монахами на Среднем Востоке как христианская история и служит для них источником вдохновения, как писал Джеста Романорум.
    Говорят, что рассказ этот впервые появился в "Пустыннике" Париелла. Католические священники уверяли в его испанском происхождении. Так как на Западе никто не предполагал, что он пришел с Востока, в течение долгого времени его, по-видимому, не связывали с суфиями и даже не замечали, что он есть в Коране: сура 18, "Пещера".
    В настоящем варианте история была рассказана Джан-Кшан-Ханом.

    КАК БЫЛО ЗАРАБОТАНО ЗНАНИЕ
    Давным-давно жил человек, решивший однажды, что он нуждается в знании. Он оставил свою родину и отправился к дому одного ученого человека.
    Войдя к мудрецу, искатель сказал: "Суфий, ты мудрый человек. Надели меня частью знания, чтобы я мог увеличить его и стать достойным, ибо сейчас я чувствую себя ничтожеством".
    Суфий ответил: "Я смогу дать тебе знание, но только в обмен на то, в чем я сам нуждаюсь. Принеси мне небольшой коврик. Я должен отдать его человеку, который в дальнейшем будет способен продолжать нашу святую работу".
    Человек отправился в ковровую лавку. "Дай мне маленький коврик, - сказал он ковровщику. - Я отнесу его суфию, который за это даст мне знание. Ковер нужен ему, чтобы отдать его человеку, который будет продолжать нашу святую работу".
    Ковровщик ответил: "Что ты мне рассказываешь о каком-то знании, суфии и человеке, который будет пользоваться ковром? Какое мне дело до этого? Чтобы соткать ковер, мне нужны нитки. Принеси мне немного ниток, тогда я помогу тебе".
    Человек снова отправился в путь на поиски того, кто дал бы ему ниток. Он разыскал прядильщицу и обратился к ней:
    - Прядильщица, дай мне ниток. Я отнесу их ковровщику, он даст мне ковер, и этот ковер я отнесу суфию, который отдаст его тому, кто должен продолжать нашу святую работу; а за это я получу от суфия знание.
    Женщина ответила: "Какая мне польза от того, что тебе нужны нитки? Ступай прочь со своими рассказами о себе, о суфии, о ковровщике и человеке, которому нужен ковер. Меня это нисколько не интересует. Разве ты не знаешь, что нитки делаются из шерсти! Принесешь мне шерсть, получишь свои нитки".
    Итак, человек разыскал козопаса и рассказал ему свою историю. "Меня все это не касается, - сказал козопас. - Тебе нужна шерсть, чтобы получить знание, а мне нужны козы, чтобы настричь шерсти. Приведи мне козу, и ты получишь то, что желаешь".
    Теперь искатель направился на поиски продавца коз. Вскоре он нашел его и поведал ему о своих трудностях, на что тот ответил: "Что я знаю о знании, нитках или коврах? Все, что я знаю, - это то, что у каждого свои нужды. Поговорим лучше о том, что нужно мне, и если ты мне в этом поможешь, я помогу тебе. Вот тогда думай о своем знании, сколько твоей душе угодно".
    - Что же тебе нужно? - спросил искатель.
    - Мне нужен небольшой загон для коз, - сказал козопас, - потому что по ночам они разбредаются в разные стороны и доставляют мне немало хлопот. Сделай мне такой загон, и я дам тебе козу или даже две.
    И вот искатель снова отправился в путь. Расспросы привели его в мастерскую плотника, который, услыхав его историю, сказал: "Да, я могу сделать загон, а что касается остального, то можешь не посвящать меня во все подробности твоего дела, потому что я нисколько не интересуюсь коврами, знанием и тому подобным. Но у меня есть одно заветное желание, и в твоих интересах помочь мне его осуществить".
    - Какое же это желание?
    - Я хочу жениться, но, похоже, ни одна женщина не согласится стать моей женой. Найди мне жену, и мы продолжим наш разговор.
    Выйдя из дома плотника, искатель тут же стал всех расспрашивать, где можно найти сваху. Наконец, когда он нашел ее и все рассказал ей, она ответила: "Я знаю молодую женщину, которая мечтает выйти замуж как раз за такого плотника, которого ты описываешь. Она все время думает о нем и не находит себе покоя. Это просто чудо, что такой человек в самом деле существует. Какое счастье, что она услышит о нем от тебя и меня! Но мне какая от этого польза? Каждый человек желает то, что он желает; людям всегда кажется, что они в чем-то нуждаются или чего-то хотят; они или воображают, что им нужна помощь, или иногда им в самом деле нужна помощь... Но никто еще не заговорил о том, что нужно мне".
    - А что нужно тебе? - спросил искатель.
    - Я хочу одного, - сказала женщина, - и это мечта всей моей жизни. Помоги мне достичь желаемого, и я сделаю для тебя все, что ты просишь. Единственное, чего я желаю, ибо все остальное я уже испытала, - это знание.
    - Но без ковра мы не сможем добыть знание!
    - Я не знаю, что такое знание, но уверена, что это не ковер.
    - Конечно, знание не ковер, - сказал искатель, - стараясь сохранять терпение, - но если мы найдем женщину для плотника, он сделает нам загон для коз. Торговец козами даст нам козу, и мы получим от козопаса шерсть. Мы отвезем ее к прядильщице и получим от нее нитки, которые обменяем у ковровщика на ковер. Этот ковер мы отдадим суфию и получим от него знание.
    - Вся твоя затея представляется мне какой-то чепухой, - возразила женщина, - и не надо меня убеждать, я ни за что не поверю тебе.
    И, не обращая больше внимания на его просьбы и доводы, сваха прогнала его.
    Все эти мытарства заставили его первый раз в жизни испытать отчаяние, так что он почти потерял всякую веру в людей. Он даже усомнился, сможет ли использовать знание, если получит его, и все недоумевал: почему все люди заботятся только о себе? Но постепенно он снова возвратился к мыслям о ковре и ни о чем другом больше не думал.
    Однажды искатель проходил по улицам одного торгового города, бормоча себе что-то под нос.
    Какой-то купец обратил на него внимание и пошел за ним, чтобы услышать, о чем он бубнит. Искатель же повторял сам себе: "Ковер нужно отдать человеку, чтобы он мог продолжать нашу святую работу".
    Услыхав эти слова, купец понял, что странник не из обычных людей, и обратился к нему: "О странствующий дервиш, я не понимаю твоей молитвы, но глубоко почитаю таких, как ты, стоящих на пути истины. Я хочу попросить тебя о помощи, ибо знаю, что люди суфийского пути выполняют в обществе особую миссию. Прояви ко мне сострадание".
    Странник поднял глаза и, взглянув на купца, увидел на его лице глубокую печаль.
    - Я страдающий и само страдание, - произнес он. - Тебя, несомненно, постигло какое-то горе, но у меня ничего нет. Я не могу добыть для себя даже немного ниток, в которых нуждаюсь; ну да ладно, расскажи мне о своем горе, и я постараюсь тебе помочь.
    - Знай, о счастливый человек, - начал купец, - у меня есть единственная дочь, которая прекрасна собой, и я люблю ее больше жизни. Она одержима каким-то недугом, от которого день ото дня чахнет. Осмотри ее, прошу тебя, может быть, ты сможешь ее исцелить.
    В словах купца было столько невыразимого страдания и вместе с тем столько надежды, что искатель не мог ему отказать и пошел с ним к его дочери.
    Как только девушка увидела странника, она сказала: "Я не знаю, кто ты такой, но чувствую, что только ты сумеешь мне помочь, и никто больше. Я влюблена в одного плотника и страдаю от разлуки с ним".
    И она назвала имя того человека, которого искатель просил сделать загон для коз.
    Искатель вышел к купцу и сказал:
    - Твоя дочь желает выйти замуж за одного уважаемого плотника, которого я знаю.
    Это известие весьма обрадовало купца, ибо дочь его все время говорила о каком-то плотнике, но он считал все ее разговоры плодом ее больного рассудка и никак не предполагал, что болезнь девушки от сильной любви. Он в самом деле думал, что она не в своем уме.
    Итак, искатель снова отправился к плотнику и рассказал ему о девушке. Плотник построил загон, за что продавец скота подарил искателю несколько породистых коз. Этих коз искатель отвел к козопасу и получил от него шерсть, которую обменял у прядильщицы на нитки и, отдав их ковровщику, взял у него небольшой коврик.
    Добыв, наконец, коврик, искатель отправился опять к дому суфия.
    - Теперь я могу дать тебе знание, - сказал мудрец, - ибо ты не смог бы принести этот коврик, если бы не потрудился ради него, а не только ради себя.


    Это сказание красноречиво изображает тот факт, что суфийский мастер,...
    Продолжение на следующей странцие...

    << | <     | 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 |     > | >>





     
     
    Разработка
    Numen.ru