КЛУБ ИЩУЩИХ ИСТИНУ
 
ДОБАВИТЬ САЙТ | В избранное | Сделать стартовой | Контакты

 

НАШ КЛУБ

ВОЗМОЖНОСТИ

ЛУЧШИЕ ССЫЛКИ

ПАРТНЕРЫ


Реклама на сайте!

































































































































































































































  •  
    ПУТЬ СУФИЕВ

    Вернуться в раздел "Мистика и фэнтэзи"

    Путь суфиев
    Автор: Идрис Шах
    << | <     | 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 |     > | >>

    Место спонсора для этого раздела свободно.
    Прямая ссылка на этом месте и во всех текстах этого раздела.
    По всем вопросам обращаться сюда.


    заново перекопали поле, - но с тем же успехом.
    Так за несколько лет эти люди привыкли к труду и научились различать времена года, о чем прежде не имели никакого представления. Тут-то они и поняли, почему их отец применил к ним такой метод воспитания, и стали честными и зажиточными крестьянами. Вскоре они обнаружили, что обладают достаточным богатством и совсем перестали думать о скрытых сокровищах.
    Так же обстоят дела и с изучением науки о человеческой судьбе и смысле жизни: учитель, сталкивающийся с нетерпеливостью, смятением и жадностью учеников, должен побудить их совершать действия, которые, как он знает, помогут им развиться, но истинная функция и цель этих действий самим ученикам часто остается неизвестной из-за их незрелости.


    Эта история, подчеркивающая, что в человеке могут развиваться какие-то определенные способности, хотя он сам пытается развить совершенно другое, чрезвычайно широко известна.
    Ее популярность можно объяснить предпосылаемой ей обычно преамбулой:
    "Те, кто повторяют этот рассказ, приобретут больше, чем могут предположить".
    История эта публиковалась францисканцем Роджером Бэконом (у которого можно найти ссылки на суфийскую философию и который преподавал в Оксфорде, откуда был удален по приказу Папы) и химиком XVII столетия Беэрхааве.
    Настоящая версия рассказа приписывается суфию Хасану из Басры, жившему около 12 столетий назад.

    СУЩНОСТЬ УЧЕНИЧЕСТВА
    Ибрахим аль-Каззаз рассказывал, что в юности он очень хотел присоединиться к обучающему мастеру. Он разыскал мудреца и попросился к нему в ученики.
    - Ты еще не готов, - сказал учитель.
    Но молодой человек настаивал.
    - Что ж, хорошо, - согласился мудрец, - я научу тебя кое-чему. Сейчас я отправляюсь в паломничество в Мекку. Если хочешь, пойдем вместе.
    Ученик был в восторге.
    Итак, они собрались в дорогу. Но перед тем как тронуться в путь, мудрец сказал: "Отныне мы с тобой спутники, и потому один из нас должен руководить, а другой - повиноваться. Какая роль тебе по душе?"
    - Руководите мной, я буду повиноваться, - ответил юноша.
    - Пусть будет по-твоему, если ты знаешь, как повиноваться.
    Путь их лежал через Хиджанскую пустыню. С наступлением темноты они расположились на ночлег. Вдруг полил сильный дождь. Мастер поднялся, достал кусок материи и, натянув ее в руках, стал им укрывать юношу от дождя.
    - Но ведь это входит в мои обязанности, - запротестовал Ибрахим.
    - Я приказываю позволить мне укрывать тебя, - прервал его мудрец.
    Утром ученик сказал: "Если вы не возражаете, сегодня я буду руководить". Мастер согласился.
    - Пойду соберу немного хвороста для костра, - сказал молодой человек.
    - Ты не должен этого делать. Я сам принесу хворост, - сказал мудрец.
    - Я приказываю вам остаться здесь, пока я буду собирать хворост.
    Но мудрец возразил:
    - Подобные занятия не для тебя, ибо принципы ученичества не согласуются с тем, чтобы подчиненный позволил руководителю обслуживать себя.
    Вот так каждый раз мастер демонстрировал молодому человеку, что такое ученичество.
    Они расстались у ворот Святого Города. Встретившись с мудрецом позднее, юноша пристыженно потупил взор.
    - То, что ты узнал тогда, - сказал старец, - открыло тебе до некоторой степени сущность ученичества.


    Ибрахим аль-Каззаз так определяет суфийский путь:
    "ПОЗВОЛЬ ТОМУ, ЧТО ДЕЛАЕТСЯ ДЛЯ ТЕБЯ, БЫТЬ СДЕЛАННЫМ.
    ДЕЛАЙ ДЛЯ СЕБЯ ТО, ЧТО ТЫ ДОЛЖЕН СДЕЛАТЬ САМ".
    Эта история в драматизированной форме подчеркивает, что действительные взаимоотношения между учителем и учеником весьма отличаются от того, что думает о них будущий ученик.
    Каззаз был одним из великих мастеров древности, и это путешествие приводится в книге Худжвири "Раскрытие скрытого за завесой", которая представляет собой самый ранний из дошедших до нас трактатов по суфизму на персидском языке.



    ПОСВЯЩЕНИЕ МАЛИКА ДИНАРА

    После многолетнего изучения философских доктрин Малик Динар, наконец, почувствовал, что теперь пора ему отправляться на поиски знания.
    - Я иду искать Скрытого Учителя, - сказал он сам себе, - который, как говорят, находится в моем совершенном "я".
    Захватив с собой немного фиников, Малик вышел из дому и отправился в путь. Вскоре он увидел впереди себя дервиша, устало бредущего по пыльной дороге. Ускорив шаг, он поравнялся со стариком и некоторое время они шли рядом, не говоря друг другу ни слова. Первым нарушил молчание дервиш.
    - Кто ты и куда направляешься? - спросил он.
    - Меня зовут Динар, - ответил Малик. - Я иду искать Скрытого учителя.
    - А я - эль-Малик эль-Фатих, и я пойду с тобой, - сказал дервиш.
    - Можешь ли ты помочь мне разыскать Учителя? - спросил Динар.
    - Могу ли я помочь тебе, можешь ли ты помочь мне? - спросил Фатих в нарочито грубой манере дервишей, как они обычно говорят; затем он продолжал: - Скрытый Учитель, говорят, пребывает в самом человеке; находит его человек или нет, зависит от того, как он применяет свой опыт. А это есть нечто такое, что только частично может быть передано другому человеку.
    Вскоре они подошли к дереву, которое раскачивалось и скрипело. Дервиш остановился, с минуту помолчал, а затем сказал: "Дерево говорит: что-то причиняет мне боль, остановитесь и избавьте меня от страданий".
    - Я тороплюсь, - сказал Динар, - и вообще, как может дерево говорить?
    И они отправились дальше.
    Когда они отошли от дерева на несколько миль, дервиш сказал:
    - Когда мы стояли возле дерева, мне почудился запах меда. Может быть, в его дупле гнездо диких пчел?
    - Тогда нам нужно скорее вернуться назад, - воскликнул Динар, - если нам посчастливится найти мед, мы немного оставим себе, а остальное продадим по дороге.
    - Пусть будет по-твоему, - ответил дервиш, - и они повернули назад. Но, возвратившись к дереву, Динар и дервиш увидели, что другие путешественники опередили их и достали из дупла очень много меда.
    - Какую нужду мы терпели, - сказали эти люди Динару и Фатиху, - а этого меда хватит, чтобы накормить целый город. Мы, бедные странники, можем теперь стать купцами; отныне мы ни в чем не будем нуждаться.
    Динар и дервиш продолжили свой путь.
    Через некоторое время они подошли к огромной муравьиной куче, от которой доносилось приглушенное гудение. Дервиш прижался ухом к земле, вслушиваясь во что-то, затем поднялся и сказал:
    - Эти муравьи строят колонию. Своим гудением они молят о помощи. Они говорят на муравьином языке: "Помогите нам. Мы натолкнулись на странную преграду, мешающую нам рыть дальше. Помогите ее убрать". Ну что, поможем им или тебе некогда?
    - Брат, нам нет дела до муравьев и их преграды, - сказал Малик. - Лично я должен искать своего Учителя.
    - Как знаешь, - ответил дервиш, - но они еще говорят, что все вещи взаимосвязаны, и этот случай может иметь некоторое отношение к нам.
    Но Динар не обратил внимания на замечание старика и устремился вперед.
    Вечером, когда они остановились на ночлег, Динар обнаружил, что потерял свой нож.
    - Наверное, я обронил его у муравейника, - сказал он.
    На следующее утро путники повернули в обратный путь.
    Ножа они так и не нашли, но, подойдя к муравейнику, увидели несколько людей, в перепачканных одеждах, которые сидели прямо на земле перед грудой золотых монет.
    - Это, - объяснили они Динару, - клад. Мы его только что выкопали. Мы шли по дороге, как вдруг нас окликнул какой-то старый, совсем дряхлый дервиш. "Ройте здесь, - сказал он, - и вы найдете то, что для одних преграда, а для других золото".
    Динар проклинал себя за нетерпение.
    - Если бы мы задержались здесь прошлой ночью, о дервиш, ты и я сделались бы богачами, - сетовал он.
    - Этот дервиш, - сказал вдруг один из счастливцев, показывая на Фатиха, - очень похож на того старца, который остановил нас.
    - Все дервиши похожи друг на друга, - ответил Фатих, и они с Динаром пошли дальше.
    Спустя несколько дней путники подошли к реке. Они уселись на берегу, поджидая перевозчика и любуясь живописной местностью.
    Вдруг из воды вынырнула огромная рыба и уставилась на них.
    - Рыба обращается к нам, - промолвил дервиш. - Она говорит: "Я проглотила камень. Выловите меня и дайте мне целебной травы, тогда я его выплюну и не буду больше мучаться. О, странники, проявите ко мне сострадание! "
    Тут к берегу пристала лодка с перевозчиком, и нетерпеливый Динар втолкнул в нее Фатиха. Перебравшись на другой берег, они заплатили лодочнику медную монету и направились на ночлег в чайхану, которую специально для странников построил когда-то на берегу один добрый человек.
    Утром, неспеша потягивая чай, Динар и дервиш увидели, как в чайхану вошел знакомый им лодочник.
    - Вчерашний вечер оказался для меня счастливым, - объяснил он с порога. - Странники принесли мне удачу.
    Поцеловав руку почтенному дервишу, он попросил его благословения.
    - Ты заслужил все это, сын мой, - сказал Фатих.
    Лодочник рассказал, что этой ночью он разбогател, и вот как это случилось: с наступлением темноты он, как обычно, хотел закончить работу и отправиться домой, но заметил на другом берегу двух путников и решил задержаться, чтобы перевезти их. Сделал он это не ради денег, ибо увидел, что путники бедно одеты, а ради "бараки", милости, которой удостаиваются те, кто помогает странникам. И вот когда он, переправив их через реку, стал привязывать лодку к причалу, из воды выбросилась рыба и, забив хвостом по земле, попыталась ухватить ртом листок с прибрежного куста. Лодочник сорвал листок и положил ей в рот. Рыба тут же выплюнула камень и плюхнулась в воду. Камень оказался огромным сверкающим алмазом неисчислимой стоимости.
    - Ты сущий дьявол, - воскликнул пораженный Динар, повернувшись к Фатиху. - Ты заранее знал обо всех трех сокровищах благодаря какому-то внутреннему восприятию, но не сказал об этом мне. Разве настоящее сотрудничество в этом? И прежде я терпел множество неудач, но без тебя я никогда бы не узнал, что скрывается в дереве, муравейнике и рыбе!
    Только он произнес это, как вдруг словно бы могучий порыв ворвался в его душу и Малик Динар осознал, что истина противоположна тому, что он сказал.
    Фатих, чье имя означает Победоносный Король, слегка коснулся плеча Динара и улыбнулся.
    - Сейчас, брат, - промолвил он, - ты поймешь, что можно учиться через опыт. Я тот, кто послан тебе Скрытым Учителем.
    Когда Малик Динар, наконец, осмелился поднять глаза, он увидел своего учителя, идущего по дороге с небольшой группой путешественников, которые обсуждали трудности предстоящего пути.


    Сегодня имя Малика Динара упоминают среди имен наиболее выдающихся дервишей, его называют спутником, образцом, достигшим.
    Малик Динар - один из ранних классических мастеров.
    Победоносный Король в этой истории олицетворяет "высшую функцию ума", называемую Руми "человеческим духом"; эту функцию человек должен воспитывать в себе, чтобы достичь просветления.
    В настоящем варианте сказание принадлежит эмиру аль-Арифину.

    ГЛУПЕЦ И ВЕРБЛЮД
    Глупец однажды увидел верблюда и спросил его: "Почему у тебя такое уродливое горбатое тело?"
    - Мнение создается из оценки, - ответил верблюд. - Ты трактуешь ошибочно то, что создало меня таким. Сознаешь ли ты это? Не считай мой горб недостатком.
    Иди-ка отсюда по добру-поздорову. Я создан таким по определенной причине и для определенной цели. Лук должен быть согнутым, тетива - прямой.
    Ты, дурак! Ослиное восприятие - от ослиной натуры.


    Хаким Санаи, просветленный мудрец из Газны, наделяющий жизнью, много писал о ненадежности субъективных мнений и обусловленных оценок.
    Одно из его высказываний гласит: "В кривом зеркале твоего ума ангел может показаться тебе дьяволом".
    Приведенная притча взята из его произведения "Окруженный стеной сад истины", которое написано около 1130 года.

    ТРИ ДРАГОЦЕННЫХ КОЛЬЦА
    Жил некогда мудрый и богатый человек и был у него сын. Однажды он сказал своему сыну: "Сын мой, вот я даю тебе драгоценное кольцо. Храни его как знак того, что ты мой наследник, и передай своему потомству. Это очень редкое и красивое кольцо, и с его помощью можно открыть дверь в сокровищницу".
    Через несколько лет у этого человека родился еще один сын. Когда он немного подрос, мудрец дал ему другое кольцо с таким же напутствием.
    Так же он поступил и с третьим, последним своим сыном.
    Пришло время, и старец умер; его сыновья выросли и стали доказывать друг другу свое превосходство, ибо каждый полагал, что кольцо, которое он получил от отца, несомненно, свидетельствует о его избранности. Ни один из них, однако, не мог объяснить, почему он считает свое кольцо самым ценным.
    У братьев появились свои последователи, отстаивающие ценность и красоту одного из трех колец.
    Но, странная вещь: "дверь в сокровищницу" по-прежнему оставалась скрытой для обладателей "ключей" и их сподвижников. Все они были слишком поглощены проблемой первенства, обсуждением красоты и достоинств своих колец.
    Лишь немногие пытались найти дверь в сокровищницу старца.
    А дело в том, что кольца обладали волшебными свойствами. Хотя они были ключами, ими нельзя было открыть дверь в сокровищницу в буквальном смысле, но достаточно было просто взглянуть на них, позабыв раздоры и не привязываясь ни к одному из их качеств, чтобы это случилось. Те, кто догадывались сделать это, могли указать, где находится сокровищница, и, удерживая в своей памяти контуры кольца, проникнуть в нее. И сами сокровища также обладали чудесными свойствами - они были неисчерпаемыми.
    Между тем поклонники колец, каждый на свой лад, повторяют то, что говорил их общий предок, о достоинствах своего кольца.
    Первая община решила, что она уже нашла сокровища.
    Вторая община считает историю о сокровищах аллегорией.
    По мнению третьей общины, дверь в сокровищницу откроется в далеком будущем, о котором они имеют весьма смутные представления.


    Эту сказку, в которой многие видят намек на три религии - иудаизм, христианство и ислам, в несколько измененном варианте можно встретить в "Джеста Романорум" и в "Декамероне" Бокаччо.
    В настоящем варианте она, как сообщают, была рассказана одним из суфийских мастеров ордена Сухравардийа в ответ на вопрос о достоинствах различных религий. Некоторые комментаторы полагают, что она послужила источником для "Сказки о бочке" Свифта.
    История также известна из трактата "Тайные науки для властелинов".

    ЧЕЛОВЕК, У КОТОРОГО БЫЛА НЕОБЪЯСНИМАЯ ЖИЗНЬ
    Жил когда-то человек по имени Моджуд. Жил он в небольшом городке, работал мелким служащим, и было похоже на то, что он так и кончит свои дни инспектором мер и весов.
    Однажды Моджуд прогуливался по парку среди древних развалин неподалеку от своего дома, и вдруг перед ним в сверкающих зеленых одеждах появился Хызр, таинственный путеводитель суфиев.
    - Человек с блестящими перспективами, оставь свою работу и жди меня через три дня на берегу реки, - сказал Хызр и исчез.
    Чувствуя неизъяснимую тревогу, Моджуд отправился к своему начальнику и попросил освободить его от должности. Весть об этом вмиг облетела жителей городка. В уличных разговорах только и слышно было: "Бедняга Моджуд! Он, наверное, рассудка лишился". Но так как на его место было много претендентов, его вскоре забыли.
    В условный день Моджуд встретил Хызра и тот сказал ему:
    - Разорви на себе одежду и прыгай в воду. Возможно, тебя кто-нибудь спасет.
    Моджуд сделал так, как ему было сказано, хотя и чувствовал, что сходит с ума.
    Он умел плавать и потому не утонул, но его долго несло течением, пока какой-то рыбак не втащил его в свою лодку, приговаривая: "Чудак! Здесь сильное течение. Зачем ты полез в реку?! "
    - Я и сам не знаю, - ответил Моджуд.
    - Да ты спятил! - воскликнул рыбак. - Ну ладно, вон на берегу мой шалаш, я отвезу тебя туда, а там посмотрим, что с тобой делать. - И рыбак направил лодку к берегу.
    Узнав, что Моджуд образованный человек, рыбак оставил его у себя. Он кормил Моджуда, а Моджуд учил его читать и писать и помогал ему в работе.
    Так прошло несколько месяцев. Однажды вечером, когда Моджуд уже улегся спать, перед ним появился Хызр и сказал: "Вставай немедленно и уходи от этого рыбака. Ты найдешь себе пропитание и в другом месте".
    Моджуд тут же поднялся с постели и вышел из лачуги, одетый, как обычно одевались рыбаки. Полночи проплутав в темноте, он выбрался, наконец, на дорогу и зашагал вперед. На рассвете Моджуд нагнал крестьянина, неторопливо трусившего на осле, и пошел рядом с ним.
    - Ты, наверно, ищешь работы? - обратился к нему крестьянин. - Если хочешь, идем со мной. Я иду на базар, и на обратном пути мне понадобится носильщик.
    Моджуд нанялся к крестьянину на работу. Он проработал у него около двух лет и за это время приобрел много новых познаний, но все они относились только к сельским работам и ни к чему более.
    Как-то в полдень Моджуд, увязывая в тюки шерсть, снова увидел перед собой Хызра, который сказал:
    - Оставь эту работу, возьми свои сбережения, ступай в город Мосул и открой там торговлю кожей.
    Моджуд так и сделал. В Мосуле он стал известен как торговец кожей. Три года он был купцом, и за это время Хызр ни разу не приходил к нему. Скопив немного денег, Моджуд уже стал подумывать о покупке дома, как вдруг однажды перед ним опять предстал Хызр.
    - Отдай мне свои деньги, - приказал он, - и отправляйся в далекий Самарканд. Там ты должен стать бакалейщиком.
    Итак, Моджуд отправился в путь и спустя некоторое время обосновался в Самарканде. Вскоре в его жизни стали проявляться все признаки просветленного человека. Он излечивал больных, помогал своим компаньонам и во время работы, и в свободное время, и все глубже и глубже проникал в тайны духа.
    Священники, философы и многие другие посещали его и спрашивали: "Кто ваш учитель?"
    - Трудно сказать, - отвечал Моджуд.
    - С чего вы начали вашу карьеру? - спрашивали его ученики.
    - Я был мелким чиновником.
    - И вы оставили эту должность, чтобы посвятить себя аскетизму?
    - Нет. Просто оставил.
    Они не понимали его.
    Некоторые хотели описать жизнь этого удивительного бакалейщика и спрашивали Моджуда: "Какие приключения вы испытали в своей жизни?"
    - Я бросился в реку, стал рыбаком, затем однажды ночью покинул рыбацкую хижину и некоторое время проработал у крестьянина. Как-то раз, когда я упаковывал шерсть, со мной произошло изменение, и я отправился в Мосул, где открыл торговлю кожей. Там я скопил немного денег, но затем отдал их и отправился в Самарканд. И вот сейчас я бакалейщик.
    - Но все эти непонятные события никак не объясняют ваших удивительных способностей и поступков.
    - Да, это так, - отвечал Моджуд.
    И тогда биографы сочинили о Моджуде захватывающую историю, потому что все святые должны иметь свои жития, а житие должно отвечать интересам публики, а не реальности жизни.
    Говорить же о Хызре не разрешается никому, а потому созданное ими житие весьма далеко от правды.
    Вот описание реальной жизни одного из величайших суфиев.


    Шейх Али Фармади (умер в 1076 году) считал это предание важным для иллюстрации суфийского убеждения, что "невидимый мир" во всякое время и в самых различных местах переплетается с обычной реальностью.
    Необъяснимое, говорил он, фактически обязано своим существованием этому чудесному переплетению. Но люди не признают участия того "мира" в их мире, потому что твердо верят, что знают истинные причины событий. На самом же деле они этого не знают. Только когда они могут удержать в своем уме возможность другого измерения, иногда врывающегося в ход обычных событий, это высшее измерение становится доступным для них.
    Настоящий вариант сказания взят из рукописи Лала Анвар ("Сказание об измененных") . Рукопись датируется ХVII веком.

    НЕБЛАГОПРИЯТНОЕ ВРЕМЯ
    Жил когда-то в Багдаде богатый купец. Дом его был надежен, он владел большими и малыми поместьями, корабли его с ценными товарами ходили в Индию. Унаследованные от отца богатства он приумножил своими усилиями, приложенными в должном месте в благоприятное время, а также благодаря мудрым советам и руководству Западного Короля, как называли в то время султана Кордовы.
    Но вдруг счастье изменило ему. Дома и земли были захвачены жестоким правителем, корабли, застигнутые тайфуном, затонули, на его семью обрушились несчастья. Даже близкие друзья, казалось, перестали понимать купца, несмотря на то, что их общим стремлением были совершенные социальные отношения.
    И тогда купец решил отправиться в Испанию, чтобы просить помощи у своего прежнего покровителя. Путь его пролегал через западную пустыню. Бедствия подстерегали его в дороге одно за другим. Осел его издох, сам он был схвачен разбойниками и продан в рабство. С большим трудом удалось купцу вырваться на свободу. Обожженное солнцем лицо беглеца напоминало выдубленную кожу. Грубые жители деревень, через которые он проходил, гнали его прочь от своих дверей. И только бродячие дервиши делились с ним скудной пищей и давали тряпье, чтобы прикрыть наготу. Иногда ему удавалось добыть немного свежей воды, но чаще приходилось довольствоваться солоноватой, мало пригодной для питья.
    Наконец он достиг дворца Западного Короля. Но и здесь его ждали неудачи. Стража пинками отгоняла от ворот оборванца, придворные не захотели с ним разговаривать. Пришлось бедняге наняться на какую-то грязную работу во дворце. Скопив немного денег, он купил себе приличную одежду, явился к главному церемониймейстеру и попросил допустить его к королю.
    Когда-то купец был близок к монарху, пользовался его благосклонностью, и об этом счастливом времени у него сохранились самые живые воспоминания.
    Но так как нищета и унижения наложили свой отпечаток на манеры купца, церемониймейстеру стало ясно, что никак нельзя ввести этого человека в высокое присутствие, пока он не получит нескольких необходимых уроков светского обхождения и не научится владеть собой.
    Наконец, уже спустя три года с тех пор, как он покинул Багдад, купец вошел в тронный зал султана Кордовы. Король сразу его узнал, усадил на почетное место рядом с собой и попросил его рассказать о своей жизни.
    - Ваше величество, - сказал купец, - в последние годы судьба была ко мне крайне жестока. Я лишился имущества, был изгнан из наследственных владений, потерял свои корабли и был окончательно разорен. Три года я пробивался к вам. В течение этого времени я переносил все невзгоды, какие только могут выпасть на долю человека - умирал от голода и жажды в пустыне, страдал от одиночества, был в плену у разбойников, жил среди людей, языка которых не понимал. Теперь я перед вами и отдаюсь на волю вашей королевской милости.
    Когда купец умолк, король обернулся к церемониймейстеру:
    - Дай ему сто овец и назначь придворным пастухом. Пусть он пасет их вон на том холме, и да сопутствует ему в этом удача.
    Купец был слегка разочарован тем, что щедрость монарха оказалась меньшей, чем он надеялся, но, не подав виду, поблагодарил султана в соответствии с этикетом и удалился.
    Когда он привел стадо на бедное пастбище, которое указал король, овцы заболели чумой и все до одной полегли.
    Неудачливый пастух возвратился во дворец.
    - Ну, как твои овцы? - спросил король.
    - Как только я привел их на пастбище, все стадо погибло.
    Король подозвал церемониймейстера и сказал:
    - Дай этому человеку 50 овец, и пусть он заботится о них, пока не получит следующего распоряжения!
    Испытывающий горечь и стыд пастух погнал свое новое стадо на пастбище. Животные начали мирно щипать траву, как вдруг из леса выскочили волки. Испуганное стадо бросилось к крутому обрыву и погибло в пропасти.
    В великой печали купец пришел к королю и поведал ему еще об одной неудаче.
    - Ну что ж, - сказал король, - теперь возьми 25 овец.
    Потеряв всякую надежду, в отчаянии, что все у него идет из рук вон плохо, купец снова привел стадо на пастбище. Вскоре каждая овца принесла по два ягненка, потом еще по два, и стадо его стало увеличиваться. Последний приплод был особенно удачным, ягнята родились крупными, с красивой шерстью и вкусным мясом. Купец понял, что ему выгодно продавать часть своих овец и покупать по низкой цене маленьких и худосочных; он их выкармливал, пока они не становились сильными и здоровыми, как овцы его стада.
    Через три года он возвратился ко двору в богатой одежде, чтобы рассказать о своих успехах. Его тут же провели к королю.
    - Тебе удалось стать хорошим пастырем? - спросил король.
    - В самом деле, ваше величество, каким-то непостижимым образом ко мне вернулась удача. Я смело могу сказать, что теперь мои дела идут благополучно, хотя особой любви к занятию пастуха я все еще не испытываю.
    - Отлично, - сказал король, - а теперь прими от нас в дар королевство Севилью. Пусть все знают: отныне ты - король Севильи.
    И с этими словами монарх коснулся его плеча своим жезлом.
    Не сдержавшись, купец в изумлении воскликнул:
    - Но почему вы не сделали меня королем сразу, когда я пришел к вам? Неужели вы испытывали мое терпение, и так уже достаточно испытанное судьбой?
    Король засмеялся.
    - Дозволь сказать тебе, что если бы ты получил трон Севильи в тот день, когда повел на холм сто овец, от этого королевства не осталось бы камня на камне.


    Абд аль-Кадир из Джилана родился в 1077 году на южном побережье Каспийского моря. Могущественный орден Кадирийа назван его именем. Считается, что он еще в детстве обладал чудесными силами. Кадир обучался в Багдаде и много работал над тем, чтобы создать общедоступное образование. Шахабад-дин Сухраварди, один из величайших суфийских писателей, автор работы "Дары глубокого знания" был его учеником. Существует множество рассказов об удивительных делах этих двух людей.
    Среди учеников Абд аль-Кадира помимо мусульман было немало иудеев и христиан. Умер он в 1166 году. Когда он умирал, в его комнате появился таинственный араб, принесший послание, в котором было написано: "Это письмо от любящего к возлюбленному. Каждый человек и каждое животное должны испытать смерть". Гробница Кадира находится в Багдаде.
    Так как Абд аль-Кадир почитается в народе, как святой, множество его житий пользуются по сей день широкой популярностью на Востоке. Эта литература изобилует описанием чудес и весьма необычными идеями.
    "Хайат-и-Хаэрат" ("Жизнь Присутствия") , являющаяся одной из таких книг, начинается так: "У него была неотразимая внешность. Ежедневно только одному ученику разрешалось задать ему вопрос. Один из вопросов был: "Не могли бы вы наделить нас такой силой, чтобы мы усовершенствовали земной мир и улучшили судьбу людей этого мира?" Он нахмурился и сказал: "Я сделаю больше. Я дам эту силу вашим потомкам, так как сейчас такое усовершенствование не может быть достигнуто в достаточно широких масштабах: в настоящее время для этого нет средств. Таким образом, и вы будете вознаграждены, и они получат награду благодаря вашим стремлениям и своим усилиям".
    Подобное отношение к хронологии изображено и в нашем рассказе "Неблагоприятное время".

    МАРУФ-БАШМАЧНИК
    Жил некогда в городе Кашре башмачник Маруф со своей женой Фатимой. Эта ведьма - сущая ведьма! - так издевалась над ним, воздавая ему за добро, что стала казаться бедному башмачнику исчадием ада и воплощением самого упрямства.
    Однажды, доведенный до крайнего отчаяния ее жестокостью, Маруф убежал в старый разрушенный монастырь за городом и взмолился:
    - Господи, пошли мне избавление, помоги мне подальше уйти от нее и обрести желанный покой и надежду.
    Он провел в молитве несколько часов, и тут произошло чудо: из стены вышло существо огромного роста и страшной внешности, которое, несомненно, было Абделем, "измененным" - человеком, развившим в себе особые способности, намного превосходящие способности обычных людей.
    - Я Абдель Макан, служитель этого места, - проговорило видение, - чего ты хочешь?
    Маруф поведал о своем горе, и тогда Измененный посадил его к себе на плечи, и они полетели по воздуху с невероятной быстротой; очнувшись через несколько часов, Маруф увидел, что уже рассвело. Он находился в прекрасном и богатом городе на самой границе с Китаем. Какой-то горожанин остановил его, бесцельно слоняющегося по улицам, и спросил, кто он и откуда. Маруф начал рассказывать свою историю, и, когда дошел до чудесного перелета по воздуху, толпа зевак, окружавшая его, стала над ним потешаться и бросать в него камнями и палками, обзывая его сумасшедшим и мошенником. Чернь насмехалась и издевалась над несчастным башмачником, как вдруг какой-то купец, проезжавший мимо верхом на коне, крикнул: "Эй вы, стыдитесь! Чужеземец наш гость, а вы попираете священные законы гостеприимства и мучаете его вместо того, чтобы оказать ему достойный прием".
    Толпа расступилась, и купец, подъехав к съежившемуся от страха Маруфу, спешился и стал успокаивать его.
    Купца звали Али. Он привел башмачника к себе в дом и рассказал ему, как он сам выбрался из нищеты и стал богатым в этом странном городе Ихтияре. Купцы здесь, похоже, еще более доверчивы, чем остальные жители и готовы любому человеку поверить на слово. Так, например, бедняку они не станут помогать улучшить свою жизнь, так как полагают, что бедность предопределена человеку судьбой, но стоит кому-нибудь заявить, что он богат, как все они, нисколько не сомневаясь в его словах, тут же окружают его почетом, одаривают подарками и охотно дают в долг сколько угодно.
    Узнав об этом, Али обошел нескольких богатейших купцов города, каждому из них объясняя, что он проезжий купец и что его караван еще не прибыл, поэтому он нуждается в деньгах. Собрав, таким образом, много денег, он пустил их в оборот, занимаясь торговлей на большом базаре, и вскоре не только рассчитался со всеми долгами, но и сделался богачом.
    Али посоветовал так же поступить и Маруфу.
    И вот, разодетый своим новым другом в великолепные одежды, Маруф стал обходить богатых купцов и занимать у них деньги. Но, в отличие от Али, он, будучи от природы человеком необыкновенной щедрости, тут же все деньги раздал нищим. Прошел месяц, его караван все не приходил, но Маруф и не думал заниматься торговлей.
    Щедрость его увеличивалась с каждым днем, ибо богатые люди, видя, что он расходует все их деньги на милостыню, соперничали друг с другом в благотворительности, и каждый старался дать ему больше других. Они думали, что их деньги все равно возвратятся к ним, когда придет караван этого удивительного богача, и к тому же втайне надеялись разделить с ним небесное благословение, которое неотступно следует за щедростью.
    Но прошло еще немного времени, и купцов одолело беспокойство. Страшное сомнение закралось в их души. Посовещавшись, они явились к правителю города и рассказали ему о своих опасениях. Король тут же послал за Маруфом. Чтобы узнать истину, он захотел сам испытать его. У короля был редкий драгоценный камень, который он решил преподнести Маруфу в подарок и посмотреть, сумеет ли тот оценить его или нет. Если Маруф оценит подарок и тем покажет, что ему привычно иметь дело с сокровищами, тогда король, будучи весьма жадным человеком, намерен был отдать ему в жены свою дочь. Но если Маруф не оценит камень, то он подлинно мошенник, и тогда король заключит его в тюрьму.
    Итак, Маруф был приведен во дворец. Ему поднесли драгоценный камень, и король промолвил: "Прими от нас это в дар, добрый Маруф, и скажи, почему ты не возвращаешь купцам их деньги?"
    - Потому, что мой караван еще не прибыл, ваше величество, - ответил Маруф, - а этот драгоценный камень лучше оставьте себе. Он ничего не стоит в сравнении с теми бесценными сокровищами, которые везет мой караван.
    При этих словах алчные надежды похитили ум короля, и он отпустил Маруфа. Купцам король велел передать, чтобы они успокоились и терпеливо ожидали прибытия каравана. То, что король услыхал от Маруфа, не давало ему покоя, и он окончательно решил отдать ему в жены свою дочь. Правда, главный визирь, как мог, отговаривал своего повелителя, доказывая ему, что Маруф явный лжец, но король, вспомнив, что визирь уже несколько лет сам домогается руки принцессы, увидел во всех его предостережениях только проявление ревности и потому не обращал на них никакого внимания.
    Маруф, когда ему сообщили, что король желает сделать его своим зятем, сказал визирю: "Передай его величеству, что до тех пор, пока не придет мой караван с бесценными сокровищами, я не смогу достойным образом устроить жизнь принцессы и поэтому прошу его позволения отложить свадьбу".
    Монарх был в восторге от такого ответа, несомненно свидетельствующего о скромности и честности Маруфа. Он тут же раскрыл перед ним свою сокровищницу и предложил взять из нее все, что ему понадобится для того, чтобы достойно одарить принцессу и вести с нею жизнь, подобающую королевскому зятю.
    В самом скором времени Маруф с принцессой отпраздновали свадьбу, богаче которой не видел свет. Жемчуга и золото пригоршнями рассыпались среди присутствующих; даже те, кто не попал на пир, но только слышал о нем, получили щедрые подарки. Это чудесное празднество длилось сорок дней и ночей, и его великолепие и пышность не поддаются описанию.
    Когда Маруф, наконец, остался наедине со своей женой, он сказал ей: "Я уже так много взял у твоего отца, что меня мучает стыд". Ибо ему было совестно, и он хотел как-то оправдаться. Но она ему ответила: "Не беспокойся и не обременяй своего сердца; когда прибудет твой караван, все уладится".
    Между тем визирь продолжал предостерегать короля и высказывать ему свои подозрения о Маруфе, так что, поддавшись, наконец, его уговорам, правитель попросил свою дочь вызвать как-нибудь Маруфа на откровенность и выведать всю правду о нем.
    И вот однажды ночью, лежа с Маруфом в постели, принцесса ласками склонила его сердце к себе и попросила его открыть ей тайную причину столь долгого отсутствия каравана. Маруф как раз в этот день уверял своего друга Али, что он на самом деле владелец каравана бесценных сокровищ, но ей он решил сознаться.
    - Нет у меня никакого каравана, - сказал он, - но хотя визирь прав, у него нет иных побуждений, кроме зависти. Твой отец тоже только из-за своей алчности сделал меня своим зятем. Но почему ты дала свое согласие на брак?
    - Ты мой муж, и я никогда не опозорю тебя, - ответила принцесса. Возьми 50 тысяч золотых и поскорее уходи из нашей страны. Как только ты окажешься в безопасности, дай мне знать, и я тут же последую за тобой. А теперь не медля поспеши в путь и ни о чем не беспокойся, я сама все улажу.
    Одевшись в одежду слуги, Маруф под покровом ночи вывел из конюшни своего коня и отправился в путь.
    А принцесса Думия, когда король и визирь на следующее утро позвали ее к себе, сказала им так:
    - Любимый батюшка и ты, драгоценный визирь, едва только я приступила с вопросами к своему мужу, как вдруг произошло весьма странное событие...
    - Какое событие?! - воскликнули разом король и визирь.
    - Десять мамлюков в великолепнейших одеждах подошли к окнам нашего дворца и, вызвав Маруфа, передали ему послание от начальника его каравана. В этом послании начальник сообщил, что многочисленная банда атаковала караван и 50 стражников из пяти сотен погибли в этой схватке, бедуинам же удалось отбить двести верблюдов с ценными товарами.
    - И что ответил Маруф?
    - Он только сказал, что 200 вьюков и 50 жизней для него сущий пустяк. И с этими словами он вскочил на коня и поскакал с мамлюками навстречу каравану, чтобы поскорее привести его сюда.
    Таким образом принцесса думала выиграть время.
    Маруф, между тем, несся что есть мочи на своем скакуне куда глаза глядят.
    Спустя какое-то время он увидел в стороне от дороги крестьянина, который перепахивал свой клочок земли. Маруф осадил коня и приветствовал его. Крестьянин ответил на приветствие и по доброте душевной тут же сказал: "О великий слуга королевского величества, будь сегодня моим гостем. Я сейчас принесу немного еды, раздели ее со мной". С этими словами он поспешно удалился, а Маруф, весьма тронутый его добротой, решил продолжить работу крестьянина, пока он не вернется, в благодарность за его гостеприимство. Не успел он провести и одной борозды, как плуг наткнулся на камень. Маруф оттащил его в сторону и увидел ступени, ведущие в подземелье. Спустившись по ним вниз, он, к своему изумлению, очутился в огромном зале, полном сокровищ.
    Случайно его взгляд упал на прозрачную хрустальную шкатулку, в которой лежало кольцо. Он достал кольцо и потер: в тот же миг перед ним возникло странное существо, громовым голосом воскливнувшее: "Я здесь, мой господин! "
    Дух, явившийся на зов кольца, звался Отцом Счастья. Он был одним из могущественных повелителей джиннов. А сокровища принадлежали древнему королю Шаддаду, сыну Айда.
    И вот теперь Отец Счастья стал слугой Маруфа.
    По приказу Маруфа все сокровища были подняты наверх и погружены на верблюдов и мулов, сотворенных волшебным могуществом джинна. Таким же чудесным образом были сотворены, но только уже другими джиннами, которые служили Отцу Счастья, дорогие ткани всех сортов, и караван был готов пуститься в путь.
    К этому времени вернулся крестьянин, принесший ячменную похлебку с бобами. Увидев Маруфа среди такого богатства, он вообразил, что перед ним сам король, и повалился ему в ноги. Маруф щедро одарил его золотом и пообещал еще большую награду в будущем.
    Итак, караван двинулся в путь. Джинны, принявшие обличье стражников, рабов и животных, были посланы вперед. А Маруф, желая почтить гостеприимство крестьянина, поел его бобов с ячменной похлебкой и поскакал вслед за караваном.
    Когда процессия достигла королевского дворца, король несказанно обрадовался и стал упрекать визиря за то, что тот смел подозревать Маруфа в обмане. Принцесса же, услыхав о прибытии каравана с несметными сокровищами, не знала теперь, что и думать. В конце концов она решила, что Маруф испытывал ее верность. Али, друг Маруфа, полагал, что все это устроила принцесса, чтобы спасти жизнь и честь своего супруга.
    Все купцы, дававшие Маруфу деньги в долг и удивлявшиеся его щедрости, были еще больше изумлены обилию золота, драгоценных камней и других подарков, которыми он стал осыпать бедных и нуждающихся.
    Только визирь никак не мог успокоиться.
    - Ни один купец никогда еще не бросал так своих денег на ветер, - твердил он королю. И визирь решил во что бы то ни стало разузнать правду.
    Однажды он пригласил Маруфа в сад и, услаждая его слух музыкой, стал угощать тонкими винами, то и дело подливая ему, пока тот совершенно не опьянел.
    Поддавшись винным чарам, Маруф рассказал визирю всю свою историю, ничего не утаив. Визирь без труда снял с его пальца волшебное кольцо и, вызвав джинна, приказал ему отнести Маруфа в отдаленную пустыню и бросить его там. Джинн с готовностью схватил башмачника, ругая его за то, что он выболтал столь драгоценную тайну, и отнес его в Хидраутскую пустыню. Затем визирь приказал забросить туда же и короля, своего господина; сам же он теперь стал правителем и даже пытался обесчестить принцессу.
    Но принцесса, когда он посетил ее, хитростью овладела кольцом и потерла его. Тут же перед ней появился джинн, готовый выполнять ее приказания. Она велела заковать визиря в цепи и доставить обратно во дворец Маруфа и ее отца. Как только это было выполнено джинном, вероломного визиря предали казни, и Маруф стал первым визирем.
    Теперь они зажили в счастье и согласии. После смерти короля Маруф унаследовал его трон. К этому времени принцесса родила ему сына. Кольцо теперь хранилось у нее. Но вскоре она тяжело заболела и, умирая, передала Маруфу кольцо, наказав ему бережно хранить его и заботиться об их сыне.
    Прошло немного времени, и вот однажды, когда король Маруф спал в своей опочивальне, он почувствовал сквозь сон, как кто-то тянет его за руку. Проснувшись и открыв глаза, Маруф увидел перед собой безобразную женщину, в которой узнал свою первую жену Фатиму.
    Фатима рассказала ему свою историю: после его исчезновения она стала нищей и вынуждена была тяжелым трудом зарабатывать себе на жизнь. Фатима терпела бесконечные унижения и страдания. Однажды ночью она лежала в своей постели и плакала от отчаяния, не смыкая глаз, как вдруг к ней явился джинн, который рассказал ей обо всем, что произошло с ее мужем Маруфом после того, как он убежал от нее. Фатима стала просить джинна доставить ее в Ихтияр к Маруфу, и тогда, подхватив ее, он взвился в воздух и с изумительной быстротой перенес ее прямо к постели Маруфа.
    Теперь Фатима горько раскаивалась в своем прежнем поведении и умоляла Маруфа снова взять ее в жены. Он согласился, но предупредил ее, что теперь он король и обладатель волшебного кольца, которому служит великий джинн, Отец Счастья. Она смиренно поблагодарила его.
    Итак, Фатима стала королевой и поселилась во дворце Маруфа, но она невзлюбила маленького принца, сына Маруфа.
    Маруф имел обыкновение на ночь снимать с пальца кольцо. Фатима же, узнав об этом, однажды ночью прокралась в его спальню, выкрала кольцо и только собралась его потереть, чтобы вызвать джинна, как маленький принц, наблюдавший за ней, выхватил свой короткий меч и поразил ведьму насмерть.
    Так коварная Фатима нашла свою смерть на пороге величайшего могущества.
    А Маруф разыскал того доброго пахаря, который невольно помог его спасению, и сделал его своим первым визирем. Затем он женился на его дочери и ничто более не омрачало их счастья и покоя.


    Эта сказка, подобно другим дервишским сказаниям, входит в сборник "Тысяча и одна ночь". Она весьма отличается от большинства суфийских аллегорий, и ее невозможно найти в поэтической форме. Опять-таки, - и в этом состоит еще одно ее отличие от большинства суфийских литературных произведений, за исключением цикла о мулле Насреддине, - она иногда разыгрывается в чайханах как драма.
    Сказка не несет в себе морали, привычной для людей Запада, но подчеркивает особые причинно-следственные отношения, являющиеся характерными для суфийских сказаний.

    ТОРГОВЛЯ МУДРОСТЬЮ
    Человек по имени Сейфульмулюк половину своей жизни провел в поисках истины. Он прочитал все, какие только мог найти, книги древних мудрецов, побывал в известных и неизвестных странах, повсюду встречаясь с духовными учителями и беседуя с ними о достижении истины. Дни он проводил в работе, а ночи в размышлениях о великих тайнах.
    Однажды Сейфульмулюк услыхал еще об одном учителе, великом поэте Ансари из города Герата, и отправился к нему.
    Подойдя к дому мудреца, он, немало удивясь, прочел на двери надпись:
    "Здесь продается знание".
    - Это, должно быть, ошибка или, возможно, намеренная нелепость, рассчитанная на то, чтобы отпугнуть праздных искателей. Я никогда не слышал, чтобы знание можно было продать или купить, - подумал Сейфульмулюк и вошел в дом.
    Во внутреннем дворике он увидел самого Ансари, согбенного старика, занятого записыванием поэмы.
    - Ты пришел, чтобы купить знание? - спросил мудрец, прерывая работу. Сейфульмулюк кивнул. Тогда Ансари спросил, сколько у него с собой денег, и странник вытащил все, что у него было, - около ста серебряных монет.
    - За эти деньги ты можешь получить три совета, - сказал старец.
    - Так вы в самом деле продаете знание? Но зачем вам деньги, если вы смиренный и посвятивший себя знанию человек?
    - Мы живем в земном мире, и нам приходится считатья с его материальными условиями. Мое знание возлагает на меня новые великие обязанности. То, что я обладаю особым знанием, которого не имеют другие люди, обязывает меня тратить деньги, помимо других ценностей, для того, чтобы быть полезным там, где нет необходимости в добром слове или проявлении "бараки".
    И, взяв серебро, старец продолжал:
    - Слушай внимательно. Первый совет таков: "Небольшое облачко предупреждает об опасности".
    - Но разве это знание?! - воскликнул Сейфульмулюк. - Ваш совет ничего не говорит мне о природе конечной истины или о месте человека в мире.
    - Если ты собираешься перебивать меня, то забирай свои деньги и уходи. Что пользы знать о месте человека в мире, если этот человек мертв?
    Сейфульмулюк замолчал и приготовился выслушать следующий совет.
    - Если ты встретишь птицу, кота и собаку в одном месте, - сказал мудрец, - стань их хозяином и смотри за ними до конца.
    - Весьма странный совет; может быть, в нем скрыт какой-то метафизический смысл, который откроется мне, если я буду достаточно долго над ним размышлять, - подумал Сейфульмулюк, но вслух не выразил своих мыслей.
    Третий совет гласит: "Когда ты встретишься с чем-то, не имеющим, казалось бы, к тебе никакого отношения, останься верным предыдущему совету, - тогда и только тогда дверь перед тобой раскроется. Войди в эту дверь".
    Сейфульмулюк хотел остаться у этого загадочного мудреца и стать его учеником, но Ансари довольно грубо выпроводил его.
    Итак, он снова отправился в путь и пошел в Кашмир, где некоторое время обучался у одного учителя. Из Кашмира Сейфульмулюк отправился в Среднюю Азию. Войдя в Бухару, он попал на городской базар в самый разгар торговли. Какой-то человек, только что купивший кота, птицу и собаку, направлялся с ними к выходу.
    - Если бы я раньше покинул Кашмир, - подумал Сейфульмулюк, - я мог бы купить этих животных. Моя судьба связана, несомненно, с ними.
    Но затем его одолели сомнения, так как, хотя он и увидел птицу, кота и собаку, ему ведь еще не встретилось маленькое облачко. Все, казалось, было не так, как надо. Однако от полного замешательства его спасло изречение одного древнего мудреца, которое он обнаружил как-то в своих дневниках, - и как только он забыл о нем?! - "События следуют одно за другим. Люди полагают, что события всегда должны происходить в одной последовательности, но нередко бывает так, что они происходят в совершенно иной последовательности".
    Тут он подумал, что, хотя животные были куплены на базаре, Ансари ведь не говорил ему обязательно купить их здесь. При этом, увидев нужных ему животных, Сейфульмулюк даже не подумал о том, что совет слово в слово гласил: "Если встретишь птицу, кота и собаку в одном месте, стань их хозяином и следи за ними до конца". Только и всего.
    Итак, он отправился на поиски того человека, который купил животных, и после многих расспросов, наконец, разыскал его. Кот, птица и собака все еще были "в одном месте". Ашикик Худа, как звали их хозяина, рассказал Сейфульмулюку, что купил животных, потому что хотел избавить их от мучений, ибо они уже много недель томились в клетке на базаре в ожидании покупателя. Узнав, что Сейфульмулюк хотел купить птицу, кота и собаку, Ашикик Худа с легким сердцем согласился продать их ему.
    Странствовать вместе с ними Сейфульмулюк уже не мог и потому осел в Бухаре, нанявшись работать в шерстепрядильную мастерскую. Возвращаясь вечером с работы, Сейфульмулюк приносил для кота, птицы и собаки пищу, которую покупал на свой дневной заработок.
    Так прошло три года. Он уже стал мастером-прядильщиком, пользовался всеобщим уважением, но по-прежнему жил со своими питомцами. Однажды, гуляя за городом, Сейфульмулюк заметил на горизонте маленькое облачко. Оно выглядело так необычно, что в его уме внезапно пронеслись слова первого совета: "Небольшое облачко предупреждает об опасности". Он тут же прибежал домой, взял своих животных и, ни секунды не медля, направился на запад. Он пришел в Исфаган без гроша в кармане, а спустя несколько дней узнал, что то странное облачко было пылью, которую подняла приближавшаяся к городу орда завоевателей. Захватчики ворвались в Бухару и истребили всех ее жителей. Тогда-то Сейфульмулюк вспомнил слова Ансари: "Что пользы знать о месте человека в мире, если этот человек мертв?"
    Жители Исфагана не любили чужестранцев, презирали прядильщиков и питали отвращение к животным. Будучи изгнанным отовсюду, Сейфульмулюк был доведен до крайней нужды. Однажды, бросившись на землю в полном отчаянии, он взмолился: "Охранители традиции, о святые, изменные! Помогите мне, потому что моих сил уже недостаточно, чтобы добыть пропитание, и мои животные страдают от голода и жажды".
    И вот когда он так лежал, изнуренный голодом, решив полностью покориться судьбе, в каком-то странном состоянии между сном и бодрствованием, его посетило видение, такое ясное и отчетливое, словно это происходило с ним наяву. Ему казалось, что он стоит у ручья под деревом, рядом с валуном странной формы и смотрит на золотое кольцо с драгоценным камнем, который переливается зелеными огнями, яркими, как само солнце. Вдруг он услышал голос:
    - Это кольцо - венец веков, сапфир истины, кольцо самого царя Соломона, сына Давида, да будет над ним мир и да сохранятся его тайны.
    Затем кольцо закатилось в расщелину под камнем, и Сейфульмулюк очнулся. Было уже утро. Отдохнув за ночь и уже не так остро ощущая голод, он поднялся и пошел бродить по окрестностям Исфагана. Полный каких-то смутных предчувствий, находясь все еще под властью своего ночного переживания, он вдруг обнаружил себя в том самом месте, которое пригрезилось ему ночью: он стоял под деревом у ручья, а рядом возвышался тот самый валун. Под ним оказалась щель, и когда Сейфульмулюк пошарил в ней палкой, из-под камня выкатилось уже знакомое ему кольцо. Отмывая кольцо в ручье от грязи, Сейфульмулюк воскликнул: "Если это кольцо великого Соломона, да будет на нем благословение, даруй мне, о дух кольца, избавление от моих мучений".
    В то же мгновение земля под его ногами дрогнула, и голос, подобный урагану, прогремел в воздухе: "Через века, добрый Сейфульмулюк, мы приветствуем тебя. Ты стал наследником могущества Соломона, сына Давида, мир да будет над ним, повелителя джиннов и людей. Я слуга этого кольца. Приказывай, мастер Сейфульмулюк, мой господин".
    - Доставь сюда моих животных и пищу для них, - тут же приказал Сейфульмулюк, не забыв добавить, - во имя Великого Аллаха и во имя Соломона, нашего мастера, повелителя джиннов и людей, да прославится он!
    Только он это произнес, кот, птица и собака оказались рядом, а перед ними лежала их любимая пища.
    Сейфульмулюк потер кольцо.
    - Приказывай, о обладатель кольца, - громовым раскатистым голосом отозвался дух, - и любое твое желание будет исполнено, если только оно должно быть исполнено.
    - Во имя Соломона, мир да будет над ним, скажи мне, это и есть конец? Ибо я должен заботиться об этих моих товарищах до конца, так велел мой мастер ходжа Ансари из Герата.
    - Нет, - ответил дух, - это еще не конец.
    Сейфульмулюк решил обосноваться в этом месте. Джинн выстроил для него домик с сараем для животных и каждый день приносил им пищу и все необходимое для жизни. Жители окрестностей, видя, что Саид Баба, отец Саида, как они его называли, никогда не покидает своего жилища, поражались святости чел...
    Продолжение на следующей странцие...

    << | <     | 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 |     > | >>





     
     
    Разработка
    Numen.ru